Я застонала от отчаяния и дикой головной боли. События вчерашнего вечера вспоминались обрывками. Ночь. Одинокий фонарь. Глок в моих руках. Роберт в крови. Я зажмурилась, отгоняя эти воспоминания. С ним всё хорошо. Я отложила эти мысли на потом, чтобы заняться насущной проблемой.
Мне хотелось домой. Туда, в тёплую и уютную квартиру, где я жила бок о бок с мужчиной, занимавшим все мои мысли. Занимавшим всю мою жизнь.
Я вскочила с кровати с твёрдой решимостью высказать всё людям, считавшим, что до сих пор могут помыкать мной. Нашлись они в столовой, чинно попивавшие кофе из фарфоровых чашечек. Отец читал новости нашего города в утренней газете. Он совсем не изменился. Всё та же крепкая фигура и прямая осанка говорили о силе характера. Слишком поздно поняла я, что мой супергерой решает проблемы не всегда благими поступками.
Мама же постарела после нашей последней встречи. Словно отдавая свою красоту и молодость этому тирану. Она ещё больше похудела и осунулась. Из- под платья торчали острые ключицы и такие же острые локти, обтянутые сухой кожей. Руки, державшие чашку, чуть подрагивали. На лице, как и всегда никаких эмоций. Они были нужны лишь для посторонних.
- Какая неожиданная встреча! Прямо воссоединение благородного семейства. – в моём голосе звучал неприкрытый сарказм.
- Доброе утро, дочка. – он спокойно взглянул на меня, поверх чашки, словно мы виделись только перед сном, а не семь лет назад. Я опешила на мгновение, но постаралась взять себя в руки, чтобы поскорее вернуться домой.
- По какому случаю собрание?
- Присядь, позавтракай с нами.
Мама молчала, лишь изредка бросала на меня пустые взгляды. Я не могла её судить. Тридцать лет жизни с этим чудовищем кого угодно сведут или в могилу, или с ума.
- Я бы с радостью, но у меня куча дел. Спасибо за гостеприимстово, но мне пора.
Я развернулась, намереваясь пулей вылететь из столовой, но дорогу перегородил «шестёрка» отца, выполняющий за него всю грязную работу. Я помнила его всю свою жизнь. Он всегда был рядом с ним. Всегда безропотно выполнял любой его приказ. Судя по выражению его лица, он бы не задумываясь убил, если бы ему сказали.
- Мы не договорили…
- Нам не о чём разговаривать с тобой, Тревор.
Вся его напускная холёная сдержанность исчезла, когда он яростно ударил кулаком по столу. Посуда на нём задребезжала, а мать даже не вздрогнула, продолжая попивать свой кофе.
- Как ты смеешь так разговаривать со своим отцом, соплячка?! После всего того, что я сделал для тебя? Села за стол! Немедленно!
- А что ты сделал? Удерживал против своей воли, словно цепного породистого пса? Навязывал ту жизнь, которой я не хотела? Мне ничего не нужно от тебя. У тебя своя жизнь, у меня своя.
Он встал, хищно приближаясь ко мне. Спустя столько лет, он до сих пор пугал меня. И я бы соврала, что уже не так сильно, как раньше.
- Нет, дорогая дочка… Твоя жизнь принадлежит мне. И только я решаю с кем и как ты её проживёшь. Ты набегалась вволю. Пожила так, как хотелось. Теперь будь добра отдать свой долг.
- Что тебе от меня нужно? – я отступила на шаг от него. Отец не был тем человеком, который принимает отказы. Даже, не смотря на то, что я его дочь, не могла ручаться, что он проявит сострадание.
- Сущие пустяки. Через пару дней у нас состоится небольшой фуршет. Для самых близких. Человек на сто. Плюс- минус.
- Поздравляю.
- Я не договорил, дорогая. Этот небольшой праздник мы решили устроить в честь твоей помолвки.
Я открыла рот от удивления. Вот о каком долге он говорил. Значит, папочка не оставил своих попыток даже спустя годы. Он всегда говорил, сначала шутя, а потом на полном серьёзе, что муж у меня был уже на момент рождения.
- Я уже не та маленькая девочка, которой ты можешь приказывать. Я не собираюсь замуж. Ни сегодня, ни через год. И тебе меня не заставить.
- О ты ошибаешься. Всё намного проще. Заставлять я не буду. У тебя просто нет иного выбора. Из этого дома ты выйдешь лишь в свадебном платье. Никак иначе. И это не обсуждается. Кстати. Твой старый фокус с побегом тоже оставь в прошлом. Я теперь знаю, чего можно от тебя ждать.
- Мама! – я бросила полный слёз взгляд на женщину, давшей мне жизнь. Она сидела всё так же и медленными глотками попивала кофе. Как будто ничего не происходило. Как будто она не здесь. Она снова отстранилась от всех в своём маленьком мирке. – Я не выйду замуж!
Моей ненависти бы хватило, чтобы испепелить всё кругом, но на отца этот взгляд не произвёл никакого впечатления. Будто холодная каменная глыба он смотрел на меня. Ни сочувствия, ни сожаления.