— Сладкая, — Ник раскрывает пальцами губки и просто вылизывает меня, как мороженное, не отрываясь. Смакует, чуть посасывает и снова накрывает горячим языком.
Это так пошло, так развратно, но я не могу его остановить, просто не могу и все. И когда я уже на грани, заставляет перевернуться меня на живот и приподнимает за бедра. Его язык скользит между губок, задевая колечко ануса и снова вылизывает отчего я выгибаюсь, практически срастаюсь с кожей дивана. Соски скользят по прохладной поверхности, бедра крепко зажаты руками Ника, не дают мне ни шанса вырваться. Ник фиксирует меня на своем языке, насаживает на него, чуть посасывает клитор. Это невыносимо возбуждает, заставляя забыть о какой-либо стеснительности. Я извиваюсь в его руках, сама подаюсь навстречу этой пытке, закусив почти до крови губы и издавая гортанные звуки, больше похожие на болезненные стоны.
Оргазм накрывает внезапно, взрывается горячей волной по всему телу. Ноги подрагивают, а я замираю в немом крике, а затем кричу, когда Никита рывком входит в меня. Он почти рычит, вдалбливаясь и наполняя влажными хлопками комнату. Мы словно животные, что готовы кусать друг друга в сумасшедше яростной случке. И я снова разлетаюсь на мелкие атомы, почти теряя сознание. Едва слышу его стон, который доносится до меня словно сквозь туман.
Затем мы лежим, лениво потягивая вино и бездумно лаская друг друга. Просто трогаем, целуем, узнаем тактильно на ощупь, на вкус. За окном поздняя ночь, камин почти догорел, но нам лень вставать и перебираться в спальню. Лишь Джо, который просится на улицу, заставляет нас вынырнуть из приятной нирваны.
— Хочешь чай? — спрашивает Никита, когда возвращается в гостиную, выпроводив Джо.
— Давай, — соглашаюсь я, снова натягивая его рубашку. Оставляю ее не застегнутой, отчего взгляд Никиты задерживается на открытой части. Мне кажется, что, чая уже не будет, но мужчина отворачивается и идет на кухню.
Сажусь за стол, наблюдаю за его ловкими движениями, задерживая взгляд на возбуждающих ямочках на его спине. На Никите спортивные брюки низкой посадки, и я любуюсь крепкими ягодицами. Ловлю себя на мысли, что никогда столько не пялилась на мужской зад.
— А почему, ты ничего не спрашиваешь обо мне? — задаю этот вопрос, когда Никита ставит передо мной розетку с клубничным варением.
— Скажем так, я о тебе много знаю, — улыбается какой-то озорной улыбкой Никита, разливая чай в чашки с рисунком под гжель.
— Что например? — мне становится интересно, как далеко он зашел.
— Ну, например, я знаю, что три дня назад ты получила развод, — выдает Никита, а я замираю с чашкой в руке.
— Как ты узнал?
— Пойдем, — он берет меня за руку и тянет в комнату, свой кабинет, где я еще никогда не была.
С удивлением оглядываю довольно уютное помещение с диваном, большим рабочим столом и кучей мониторов, на которых узнаю свой дом, машину, что стоит на стоянке, вход в подъезд. На одном мониторе застыла картинка, где я за рулем, стою в пробке. На другом, в Торговом центре, рассматриваю вешалки с одеждой, выбирая платье.
— Ты что, следил за мной? — какой-то холод поднимается изнутри, заставляя обнять себя руками, словно защищаясь, — Кто ты, Никита? — голос дрожит, и я поворачиваюсь к нему, встречаясь с глазами, в которых плещется живая сталь.
— Кто?! — ноты истерики подступают, сжимая горло от страха и ... недоверия?
Глава 19
— Так, Жень, давай поговорим, — Никита берет меня за руки и тянет на диван, — Послушай, моя работа очень секретная. Я не могу пускать в свой круг человека, о котором ничего не знаю. Помнишь, я проверял тебя пару дней. Мои люди за это время узнали практически все о тебе. Кто ты, откуда, чем занимаешься, кто твои родители. Это было необходимо, поверь мне. Сейчас, когда я вернулся с задания, мне хотелось встретиться с тобой, но это не просто. Нужно было проверить твое окружение, чтобы не столкнуться с теми, кто может меня узнать.
— Чем ты занимаешься? Просто скажи мне, ты убийца? — вздрагиваю, когда произношу это слово. Мне невыносимо думать, что Никита убивает людей. Я даже не знаю, смогу ли тогда любить его, но то, что уже влюбилась, как быть с этим?
— Жень, да, убийца, — хрипло произносит Никита, а я и не знаю, что теперь с этим делать.
Медленно убираю от него свои руки, чуть отодвигаюсь. Он видит мой жест и понимает, почему я так поступаю.