Суровый мужик (тот, которого я поначалу посчитала лидером) приготовился снова бить женщину, но Вожак остановил его. Причем в этом действии не было нарочитости, дескать, пока я его сдерживаю, но смотри мне, только попробуй соврать! Нет. Он просто остановил акт неоправданного насилия – во всяком случае, так это казалось со стороны. А затем произнес:
– Когда директор уезжает, он отдает ключ вам…
– Но он уехал ненадолго! В таких случаях не отдает! Клянусь! Хоть обыщите!
Я задумалась: тетя была больная на голову, это стало видно по первой части мероприятия, но настолько ли она больна, чтобы из любви к искусству не отдавать ключ бандитам и подвернуть риску не только себя, но и окружающих? Скорее всего, она не врет.
Лидер решил так же, оказавшись не глупее меня, поэтому взял у нее из кармана телефон и сунул под нос:
– Звони!
В это время трое других мужиков в черных масках ходили между нами и собирали наши телефоны.
– Твоя подруга? – рявкнул один из них, взяв мой дешевый смартфон и тыча пальцем в Таню. Я кивнула. – Достань! Не то я достану…
Остальные противно хмыкнули, из чего я заключила, что шутка была пошлой и лучше им не перечить. Я подползла к Татьяне и достала у нее из сумочки смартфон. Заодно потрепала ее за плечо, но этого оказалось мало, чтобы привести коллегу в чувство.
– Пожалей подругу, – посоветовал другой мужик, забирая сотовый. – Лучше так.
Немного поразмыслив, я кивнула, после чего третьего парня окрестила для себя Философом (а всего их насчитывалось пятеро).
Вожак и Свирепый тем временем продолжали нависать над замдиректора, контролируя каждое ее слово. Они заставили ее под выдуманным предлогом срочно заманить уехавшего мужчину обратно.
– Если он догадается и вызовет ментов, вам всем крышка! – заявил Свирепый. – Поняла, курица? А ты умрешь последней, медленно и мучительно.
Женщина кивала и плакала. Когда этот злобный хмырь отвернулся, Главарь положил руку ей на плечо, типа утешил. Лучше бы вернулся в прошлое и отменил налет! Разыгрывает из себя джентльмена!
Я раздраженно фыркнула в ответ на свои мысли, от ушей Злобного это не укрылось, и он снова рявкнул:
– Не нравится что-то?
Я посчитала за благо промолчать.
2
* * *
Директор приехал минут через тридцать-сорок. Или так показалось из-за стресса и неудобной позы? Минуты тянулись до ужаса медленно, так что клясться не стану, может, минуло всего лишь четверть часа. Он так же, как и другие, на время лишился дара речи, когда вооруженные люди грубо схватили его и приволокли к пульту отключения сигнализации. Директор было заупрямился, начал врать, что у него нет ключа, а сам глазами выискивал то ли камеру на стене, то ли охранника. Когда наткнулся на него, лежащего у стены без сознания, от ужаса вздрогнул.
– Слышь, – начал Свирепый, – или ты отключаешь сигнализацию центральной витрины, или… – поднял он пистолет вверх и снял его с предохранителя, – я буду убивать посетителей, пока не сделаешь это.
Я сперва удивилась: почему бы им просто его не обыскать? Но затем заприметила на пульте цифровое табло, как на домофоне. Видимо, помимо физического ключа, нужен еще и код.
Дальше мои мысли вынужденно прервались, потому что террорист продолжил:
– А начну я вот с нее. – И подошел к Таньке, которая все так же лежала без сознания, нацелившись ей в голову.
– Нет! – выкрикнула я и рванула вперед. В ту секунду мыслей не было, зато они появились позже: «Куда лезешь, идиотка? Хотела же слиться с толпой!»
С Таней мы были не то чтобы очень дружны, я ее и подругой-то называла только в припадке сердечности, а чаще просто приятельницей или бывшей одноклассницей, кем она по сути и являлась, но мой внутренний моральный стержень не позволял мне равнодушно взирать на то, как ее убивают. Кроме меня, ей никто сейчас не поможет.
Закрывая тело товарки собой, я возмущенно заявила:
– Как так можно – стрелять в человека мало того что без оружия, так еще и без сознания?! Это чтобы в глаза не пришлось смотреть, да? Так легче?