Дверь распахивается, а я от неожиданности вздрагиваю.
- Пойдем. Тебя зовут. Сына оставь. Пусть спит.
Я киваю молча и иду к двери. Ноги одеревенели. На мне длинное платье и лёгкий платок на голове. Тетя сказала так нужно. Спускаюсь в гостиную, где сидят Тимур, Шамиль, дядя Ахмед и еще двое мужчин. Боже. Боже. Мне страшно так, что зубы начинает сводить. Останавливаюсь перед мужчинами и разглядываю свои балетки. Не могу посмотреть на мужчин. Мне стыдно, страшно, неловко.
- М-да. Красивая ты ничего не скажешь. Только шлюха. – с презрением выплевывает мой дядя и я не сдерживаю порыва поднимаю глаза.
- Я не шлюха, и вы это знаете. – произношу глядя в глаза. Мужчина усмехается. Кк же он похож на папу. Практически одно лицо, только у отца были добрые глаза, а эти полыхают демонической чернотой, яростью, ненавистью.
- Знаю что? Что ты раздвинула ноги перед Шамилем и родила от него? Ты считаешь нормальным крутить задом перед незнакомым мужиком в клубе? Или трахаться до брака? Рожать детей до брака? Что для тебя нормально грязная девка? – выплевывает он, глядя на меня постепенно переходя на крик
- Нет, не считаю. Но раз вы так хорошо и подробно осведомлены о моей личной жизни, то примите во внимание тот факт, что я сама в его постель не ложилась. Танцевала. Да. Но это было необходимо, чтобы отомстить. Но в постель я к нему не напрашивалась, и уж тем более по собственной воле не отдавалась.
- Неверная… Бессовестная. Что это меняет? Ты обесчещена! Ты опозорила имя моего брата. – вскакивает с кресла и кричит мне в лицо
- Я… Мне… - не нахожусь с ответом. Губы затряслись, и непрошенные слезы застыли в глазах. Перевожу взгляд на Шамиля, который расселся вальяжно на диване и просто наблюдает за моим унижением. Сволочь. Ненавижу. Все из – за него.
- Закрой свой рот. Мне не нужны твои жалкие оправдания. И слезы твои меня не проймут. Я вашу сучью натуру знаю. Я принял решение и ты обязана подчиниться.
- Иначе что? Если не соглашусь? – снова закипаю от ярости
- Смотри на нее. Она еще и оговаривается. Опусти свои глаза и не смей мне перечить.
- И что же вы решили дядя? – сжимаю зубы чтобы не сказать ничего лишнего и не провоцировать этого жестокого тирана.
Дядя хмыкает и садится в кресло. Ухмыляется и твердо чеканит каждое слово.
- Я отдам тебе твоего сына Шамиль. Забирай и уходи. А ее ждет наказание. И больше не приходи. Расти сына и считай, что его мать мертва.
Это что мне сейчас послышалось? Он правда сейчас это сказал?
- Вы не посмеете. – шиплю я – Вы не в своей стране. Я сына не отдам. И в каком смысле наказание? В каком веке вы живете дядя Ахмед?
- Пока ты потаскуха носишь фамилию моего рода. Пока в твоих венах течет кровь моего рода. Пока я являюсь главой семьи. Я, и только я буду решать твою судьбу. Ты – опозорила мой род. Испачкала, вываляла в грязи. Этот позор можно смыть только кровью.
- А очистить свой род от позора должен будешь ты Тимур. Сам. Своими руками. Это твой священный долг. Поэтому увози эту девку и убей. – обращается он к Тиму.
В моих ушах шумит кровь. Голос дяди отголосками и урывками пытается уловить слух. У меня начинает кружиться голова. Это мне снится. Так не бывает. Что несет этот мужчина? Какая смерть? Я ничего не сделала. Ни кому не вредила. За что?
- Дядя. Я не согласен. Ты, безусловно старше, мудрее, но я считаю что это не правильно. Милана всегда была правильной и никогда не позорила нас. Ситуация неоднозначная. Все не так как выглядит со стороны. Шамиль силой взял мою сестру. Она всего лишь слабая женщина. И ее вины нет. Ее вина в том, что она не рассказала нам про ребенка. И я тоже виноват. Я виновен в том, что знал о том, что между ними произошло и ничего не предпринял. Моя сестра готова была рисковать своей жизнью, чтобы отомстить за меня. И прими во внимание, что только благодаря ей я сейчас сижу перед тобой. Милана сообщила, где мы находимся людям Шамиля.
- Ты просто слишком мягкотелый племянник. Твоя мать разнежила тебя. Рассуждаешь как девица. – морщится дядя
- Моя мать привила мне чувство справедливости. Не переходи черту дядя. После своего отца я являюсь главой семьи и мне решать судьбу собственной сестры.
- Прекратите. Остынь Ахмед. - вмешивается мужчина сидящий рядом с дядей. Я его не знаю. Возможно он какой – то дальний родственник. – Племянник прав. Нужно сначала разобраться в этой ситуации.
- Я заявлю на вас всех в полицию. Мне от вашей семьи ничего не нужно понятно. Все что я имею, осталось мне от отца еще при жизни. Я была любимой дочерью и не стану унижаться перед вами. Я не отдам своего сына. Никому. И попробуйте только покуситься на мою жизнь, и я вам тогда покажу какая я. – вырывается у меня. Я не позволю так со мной обращаться. Никому и никогда. И мне не нужны такие родственники