Всю дорогу Милана молчит. В ЗАГСе нас уже ждут и мы входим в зал бракосочетаний. Я знаю что если она скажет мне нет, что наш брак все – равно заключат, но я сейчас желаю чтобы Милана сама сказала это заветное слово.
- Дорогие брачующиеся. Прошу вас ответить, является ли ваше желание стать супругами взаимным и искренним, готовы ли вы разделить это счастье и эту ответственность, поддерживать и любить друг друга и в горе и в радости? – говорит регистраторша, а я чувствую как мою руку сжимают тонкие пальчики. Милана дрожит и мне даже кажется, что я слышу ее сердцебиение.
- Согласны ли вы Шамиль взять в жены Милану ?
-Да. Согласен. – пробасил я на весь зал
- Согласны ли вы Милана взять в мужья Шамиля?
Тук. Тук. Тук. Отбивает мое сердце мощные удары. Я даже дыхание задержал. Не ответит, или откажет. Не согласится.
- Да. – тихо отвечает не поднимая головы. Лишь только зажмурилась и сжала кулачки. Но согласилась. Сама. Не устроила Армагеддон и дала свое согласие.
- Властью данной мне законодательством объявляю вас мужем и женой. Прошу вас поставить свои подписи. Прошу вас невеста. Прошу вас жених.
- В знак любви и преданности друг другу прошу вас обменяться обручальными кольцами.
Лейла и Равиль подают нам кольца. Разворачиваю за плечи Милану к себе лицом. Даже через фату я вижу, как по ее щекам текут слезы. Она не поднимает своих красивых глаз на меня, смотрит вниз. Не хочет меня, ненавидит, презирает. По факту принуждаю ее к браку, но и по – другом поступить не могу. Надеваю кольцо на ее палец.
Милана берет мое кольцо дрожащими пальцами. Протягиваю ей свою руку. Зажмурилась, рвано выдохнула и надела мне кольцо. Распахнула свои заплаканные глаза, которые блестят от слез как два черных бриллианта. С ресниц спадают прозрачные капли и текут вниз, падая на тонкое кружево и исчезая.
Просто не будет. Я это знаю. Но я сделаю все, чтобы она забыла боль и обиды. Со временем она поймет и почувствует мое сердце, которое она покорила и забрала в свои руки. Пусть вытирает об него ноги, пинает, но я должен растопить ледяную стену между нами.
- Объявляю вас мужем и женой. Вы можете поздравить друг друга, скрепив ваш союз брачным поцелуем.
Поднимаю фату и целую Милану. Целомудренно, нежно, практически невесомо. Малышка не ожидала от меня проявления нежностей и удивленно хлопает ресницами. Ничего, ты еще много раз будешь удивлена.
Тимур и Равиль открывают шампанское. Матери идут нас обнимать. Я забираю сына у Лейлы, которого разбудили хлопки вылетаемых пробок. Наблюдаю как Милана обнимает брата и всхлипывает. Как содрогается ее тело от рыданий. Молчу, стараюсь не подавать вид, что мне сейчас в сто раз хреновей чем ей.
Из дворца бракосочетаний выношу Милану с Муратом на руках. На нас летят лепестки роз, зерно, монеты. Возле двери уже столпились пары, которым пришлось ожидать на улице, пока нас распишут вне очереди. Милана одной рукой обнимает меня за шею, а другой держит Мурата.
До моего дома доезжаем без приключений. А там нас ждал сюрприз.
Глава 22
Все происходит как будто не со мной. Я словно в вакууме и действую на автомате. Говорю, улыбаюсь, дышу. Как только попадаю в теплые и родные объятья брата я словно оживаю. Из груди вырывается судорожный вздох. Всхлипываю, и начинаю рыдать. Тим гладит меня по спине, успокаивает, шепчет, что все будут хорошо. И я стараюсь успокоиться. Лейла отдает мне сына, которого я сразу же целую и прижимаю к груди.
Шамиль подхватывает меня вместе с сыном на руки и выносит на улицу. Все вокруг аплодируют. Сажает нас в лимузин. Вот и все. Снова привыкать к чужому дому. Я бы многое сейчас отдала, чтобы вернуться в свой уютный домик рядом с морем.
Мы приезжаем к тому самому дому, куда Шамиль привез в меня тогда. Вот открываются те злосчастные ворота, которые я снесла, когда уезжала отсюда на его тачке.
Автомобили заезжают на территорию дома. Шамиль выходит из лимузина и галантно подает мне руку, которую я вынужденно принимаю, потому что ноги на этих жутких шпильках гудят, и боюсь оступиться и навредить сыну. Как только оказываюсь на улице, мой взгляд цепляется за небольшое кирпичное здание. К горлу подкатывает горький вязкий ком, а памяти всплывают отрывки моей жизни.
Тот самый дом, где Шамиль при всех насиловал меня. Забирал мою честь и втаптывал мою гордость в землю.
Ненависть и ярость вспыхивают во мне с новой силой. Затмевают глаза красной пеленой. И только я собираюсь сказать, что не останусь здесь, как по двору раздается музыка под аккомпанемент барабанов и прямо перед нами с крыльца дома спрыгивают двое мужчин, в национальной одежде и начинают танцевать лезгинку. Замираю и смотрю на них с нескрываемым восхищением. Парни синхронно двигаются, прыгая высоко и красиво парят, играя с кинжалами.