- А ты на меня не кричи. Я твоя мать Шамиль. Мать. Я тебя вырастила. Разводись с этой русской. Накажи и вышвырни из дома. Я не признаю ее своей невесткой. А мальчика я сама буду растить пока ты не найдешь себе нормальную жену. Правильную, чистую. Вот как наша Фериде.
Так вот значит в чем дело. Я так и думал.
- Мама. Ты хочешь чтобы я наказал Милану? Она уже наказана и сидит в подвале в кромешной темноте. В сырости и холоде.
- Вот и пусть сидит. Может, сдохнет, грязная шлюха и проблем будет меньше. А лучше позвони Ахмету и пусть он сам с ней разбирается. Ахмет сказал мне, что вынес ей приговор как глава семьи. Вот пусть и исполняет. – выдает моя мать чем и подтверждает мои догадки.
- Ты права. Я выдам Милану Ахмету. А заодно покажу запись с камеры, где она поднимает на тебя руку. Чтобы был веский повод для отказа от жены. – говорю о своем решении, а мать давится своим успокоительным чаем и начинает кашлять.
Неужели думала, что я такой тюфяк? В детской я установил камеру, которая подключена к моему ноутбуку и телефону напрямую. И все что происходило там, я видел своими глазами.
Я знал, что мать против моего брака с Миланой, но только открытую травлю тоже не ожидал. Мать с первого дня начала свою игру и показала свое отношение к моей жене и сыну.
Я видел, как Милана готовила обед и накрывала на стол, который моя мать не оценила. Еще и прилюдно унизила девушку, выкинув ее стряпню, и отправила в комнату как прислугу. И это при том, что Милана не спала всю ночь и занималась ребенком.
А когда мать начала рвать на себе волосы и одежду я даже обомлел и не поверил своим глазам. Не думал, что дойдет до такого.
Мои люди сообщили мне, что за несколько дней до свадьбы мама встречалась с Ахметом. О чем говорили, не знаю, но сам факт говорит за себя. Мать считает Милану недостойной и испорченной. Только как теперь мне быть я сам не знаю.
- Шамиль, какую запись? Там разве есть камеры? – откашлявшись, спрашивает мама. Она растеряна. И видно, что ей становится стыдно.
- Есть. И я их смотрел практически в прямом эфире. – отвечаю спокойно и встаю чтобы пойти и забрать Милану, а то Мурат уже охрип от крика. Даже тетя Шаиде не может его успокоить. Сын чувствует свою мать на ментальном уровне, и я сейчас убеждаюсь в том, что эта теория правдива.
- И что теперь Шамиль? Приведешь эту неверную в дом? – снимает маску мать. Все – таки у нее очень капризный характер. Отец постоянно с ней ругался из – за ее упрямства и скандальности.
- Приведу. И ты перестанешь так себя вести.
- Может еще в ножки ей упасть сынок? Ты забываешься. Я твоя мать. – кричит мама
- А Милана моя жена.
- Она стреляла в тебя. Танцевала стриптиз полуголая в твоем клубе. Ахмет мне все рассказал. Тебе ее подарили как проститутку. Аллах, Аллах. А потом ты ее на глазах у всей охраны
- Замолчи. – ударил я по столу. – Ни слова больше. Если тебя не устраивает мой выбор, то уезжай.
- Что? Мать родную из дома выгоняешь? Неблагодарный. Ахмет ее все – равно убьет. Он обязан очистить свою кровь. Ты не понимаешь. Откажись от этой девки.
- Я все сказал. Лейла, дай мне Мурата.
Не могу больше это слушать. Я все ей объяснил, но она предпочла поверить Ахмету. Шакал. Умело запудрил мозги моей матери. И зная ее характер, переубедить ее будет сложно.
Забирают плачущего сына у Лейлы, и иду вместе с ним в подвал. Открываю дверь и щелкаю выключатель. Черт. Я и правда забыл включить свет и бросил Милану в темноте.
Вот же я придурок. Она боится темноты, насколько я помню.
Сидит на грязном бетонном полу. Глаза заплаканные. Дрожит вся. Бедная моя девочка. Разозлила меня дуреха. Мне еще долго придется терпеть и сдерживать своих внутренних демонов, зная характер Миланы.
- Пойдем. – говорю спокойно. Шмыгает носом. Встает, поджимая пальчики на ногах, подходит ко мне и запрокидывает голову, чтобы посмотреть в глаза.
- Дай мне его успокоить. Пожалуйста. – произносит тихо срывающимся на плач голосом.
- В машине заберешь. Идем. – разворачиваюсь и иду на улицу. Милана семенит босыми ногами за мной. Я не оборачиваюсь, потому что знаю, она пойдет за мной, а точнее за Муратом.
Открываю заднюю дверь и жду, когда Милана заберется на сиденье. Протягиваю ей Мурата. Закрываю дверь, а сам сажусь за руль. В зеркало заднего вида видно, что Милана целует сына и плачет. А пацан требует материнского молока, и как только получает, сразу же замолкает.
- Везешь наказывать? – спрашивает вскидывая взгляд