Приоткрыв, я убедилась, что дверцы вели на нижнюю палубу, где было полно народу.
– Кто угодно мог подняться сюда, – показала я Индре открытие, когда она поднялась и присоединилась ко мне. – Моряки, прислуга… – любой мог исподтишка сделать чёрное дело и спрятаться.
– Или обустроить накануне… – нахмурилась она. – Если это так, то не нравится мне всё это. Конечно, охрана тщательно проверила корабль, но магия коварна. Давай отложим твой «эксперимент» и вернемся во дворец. Можно и там допросить всех.
Я задумалась. Да, логично, но во дворце никто даже не заикнулся про эти лазейки. Все давно решили, что виновен эскартиец. А я хотела знать правду, и с каждым шагом по палубе приближалась к разгадке.
– Да какая магия? – Я её в Дардане не видела, если не считать появившихся символов на запястьях, поэтому отмахнулась от тёткиных предостережений. Меня, просвещенного человека, не напугать сказочной ерундой.
– Магия Шаоховых чернокнижников, Ниаса. Их преследуют, и пусть колдуны встречаются редко, где власть и деньги – там всегда магия.
– Но ведь корабль проверили.
– Проверили. – Кивнула Индра, оглядываясь по сторонам. – Только мне неспокойно на душе. Я не нахожу себе места.
На причале раздались крики.
Приоткрыв занавесь, я увидела пятерых амагантов, эскартийца и других «гостей» в сопровождении дворцовых гвардейцев.
Индра встала рядом и стала кратко рассказывать о каждом подозреваемом.
– Того с волнистыми волосами зовут Мирну. Он жаждет стать твои фаворитом. Рядом с ним Карун. Он сдержанный, наблюдательный амагант. Они держатся друг друга.
Я вспомнила, как они приходили ко мне, целовали ноги. Выходило, что характеристика, которую тетушка дала им, полностью совпадала с моими наблюдениями. Значит, Индра говорила правду.
– Нергуга, самый высокий и молчаливый. Не добившись твоего расположения, он мечтает попытать счастья в другом гареме. Из пятерых разве что Приас и Феонан, недавно приобретенные в питомнике, еще не успели завести сомнительных знакомств во дворце.
– А Дизра? – Я не сводила глаз с сестрицы-злодейки. Стража грубо тащила ее, и она бранилась.
– Пока у тебя нет дочери, у неё имеются шансы стать следующей Светломудрой. Однако соперниц так много, что при борьбе ее сразу же подвинут.
– Однако же она проявила настойчивость.
– Это наша родовая черта, – улыбнулась Индра, мягко смотря на меня.
А я уже внимательно разглядывала Линди, которая влюблена в эскартийца. Ради него он тоже могла решиться на отчаянный шаг, лишь бы быть с любимым.
Служанки проверенные, однако ни в чем нельзя быть уверенной. Как и в команде…
Я внимательно слушала тетку, пока не увидела поднимавшегося по трапу эскартийца.
При свете дня грязные лохмотья плохо скрывали его смуглую от загара кожу. Он крепкого, атлетического телосложения, однако из-за изнеможения гордеца качало от слабости.
Глядя на него, я пожалела, что вырядилась на прогулку. А тут еще он почувствовал мой взгляд, поднял голову – и на миг наши взгляды встретились.
Дыхание перехватило.
Я подумала, что сейчас он снова выкинет очередную дерзость, однако он просто смотрел, как смотрит человек, понимающий, что обречен.
«Неужели, все-таки это он?!» – забилось сердце. Верить не хотелось. Еще жалость обожгла грудь.
– Индра, а если бы я тогда сгинула совсем, то что стало бы с командой и слугами? – задала давно мучавший вопрос.
– Всем им тогда не жить, – ответила тетка буднично, как будто обычное дело избавляться от всех, кому не доверяешь.
– Тогда заказчик явно не был на борту!
– Зато был исполнитель, – парировала тётушка, сверкнув карими глазами, и задернула занавесь. – А они не остановили его! Если бы не боязнь сурового возмездия – кто знает, чем бы завершился тот день…
От страшных воспоминаний, как я ухожу под давящую толщу воды, лоб и спина покрылись испариной. Захотелось скорее покинуть корабль, но жить под дамокловым мечом, в каждом подозревая предателя, – еще ужаснее.
– Итак, ты решила остаться? – подытожила Индра, внимательно наблюдая, как я меряю шагами палубу.
– Да, – кивнула я. – И желаю скорее начать, чтобы скорее закончить.
– Что ж, тогда начнем! – тётка хлопнула в ладони.
Телохранителя встали полукругом у наших кресел.
Первым отчитывался хмурый капитан корабля.
–…Когда Светломудрая пожаловала на борт, я спохватился, что охраны нет, и велел двум матросам встать у дверей и следить, кто заходит, кто выходит, – рассказывал он, волнуясь. – Как обычно сновали служанки, амаганты, рэу Дизра выходила полюбоваться морем.
Тётушка кивнула, ободряя седовласого мужчину с серьгой в ухе, всего за несколько минут вспотевшего так, что его рубашку можно было отжимать.
– Рэу Линди поднялась на борт позже, с госпожой Светломудрой. И была рядом, когда амаганты боролись. На палубе было тесно, шумно. Служанки сменяли блюда. А потом Светломудрая приказала привести эскартийца.
– Это Линди попросила, – сообщила я тетке, припомнив разговор с амагантами Мирну и Каруном. – Думаю, тогда-то всё и началось.
Индра хищно прищурилась, и охрана вытолкала наложников в центр шатра.
Все пятеро сразу же упали на колени.
Затем приволокли Дизру со связанными руками.
В заключении сестрица потеряла остатки лоска, стала еще тоще. Длинные черные волосы свалялись, и она теперь походила на злобную помойную крысу. Я пыталась найти в душе капельку сострадания к ней, но стоило вспомнить, как она настойчиво пыталась напоить меня ядом, бросила попытки. Меня бы она не пожалела.
Последним привели эскартийца.
Он держал мужественно, упрямо поджимая губы, но его глаза…
– Начинайте! – приказала Индра.
Амаганты, под насмешливыми взглядами охраны, начали размахивать палками. Ей Богу, как мальчишки, не лучше.
Подавленная Дизра не сводила с меня глаз, мысленно посылая всевозможные проклятия.
Линди стояла в стороне и пожирала взглядом эскартийца, который исподлобья поглядывал то на тетку, то на охрану, то на меня.
«Увы, дружочек, несмотря на твою храбрость, тебе не сбежать, – я знала это и расстраивалась, ведь по сравнению с жалкими наложниками его стойкость вызывала уважение.
Тем временем Индре надоело смотреть на балаган, она брезгливо нахмурилась и отчеканила: