Воображение рисовало полчища опасных тварей, от которых не сбежать. Мерещились опасности, сердце уходило в пятки, задрожали ноги.
– Ва-лко-ор! – жалобно пропищала я и намертво вцепилась второй рукой в его локоть.
Варвар снисходительно фыркнул, однако издеваться не стал. Так и пошёл со мной, прижимающейся к нему как маленький ребенок к юбке мамки, дальше.
Двигались мы медленно, не спеша, пока Валкор аккуратно не высвободится из моей хватки.
– Жди! – и принялся громко дуть.
– Ой! – несказанно обрадовалась я, когда в чернильной темноте вспыхнул ослепительный огонек! Валкор держал самодельный факел, освещающий небольшой клочок пространства и наши взволнованные лица с непривычными к свету, моргающими глазами.
– Ты колдун! – прошептала восторженно, не скрывая восхищения моим варваром.
Довольный Валкор ухмыльнулся и бережливо спрятал в сумке тлеющую скрутку.
Конечно, магия здесь не при чем, однако для меня было это истинное чудо, дававшее надежду на выживание. Я даже готова была расцеловать его, позабыв обо всех наших препирательствах, но он уже выглядел напряженным до предела и озирался по сторонам.
Увы, идеально ровные ступени закончились, и теперь мы шли по обычной пещере, частенько запинаясь о камни, в изобилии попадавшиеся под ноги. Зато ход высокий, можно не сгибаться.
Я уже немного привыкла к подземелью и справлялась со страхом, пока вдруг отчетливо не ощутила, как по платью ползет что-то тяжелое.
– Ва… Вал… кор! – я отчаянно скосила глаза на юбку.
Варвар остановился, опустил факел. Свет выхватил нечто мохнатое, ползущее по ткани. Я испугалась, но прежде чем начала отчаянно орать, Валкор успел сбить тварь с юбки.
Рефлекторно я отпрыгнула подальше от опасности и… под левой пяткой раздался отчетливый хруст со смачным хлюпом...
Несомненно, я раздавила какую-то тварь…В шоке подняла на застывшего Валкора глаза – и нутром просекла: дело дрянь.
И точно – пещера за спиной мгновенно наполнилась омерзительным клекотом, от которого волосы на загривке встали дыбом.
– Бежим! – дернул меня Валкор, и мы со всех ног помчались вперед.
Самодельный факел светил слишком тускло. Впопыхах мы наугад сворачивали в проходы, то и дело ветвившейся пещеры. Но с последним поворотом свод неумолимо сужался, и я уже думала, что мы попали в ловушку, когда стены резко расширились, и мы выбежали в грот, который, увы, тоже оказался «жилым».
Растревоженные светом и шумом, крылатые зверьки стаей спикировали со свода и обрушились на нас.
– Валкор! – закричала я.
Вопль разнесся по пещере многоголосым, оглушительным эхом, и с потолка пещеры сорвалась уже лавина тварей.
Они били нас крыльями, путались в волосах, царапали когтями… А мы как слепые котята метались в темноте под мой оглушительный ор. Если Валкор выпустит мою руку – умру от разрыва сердца! Но он сжал до боли мою ладонь и тащил, тащил, тащил, пока под ногами не обвалилась земля.
После падения меня оглушила боль. Факел потух, и я, одурев от ужаса, начала орать так, как еще никогда прежде не орала, пока меня не вырубил четкий, оглушительный удар по голове.
***
Приходя в себя, ощутила легкую боль в лодыжке. Многочисленные царапины и ссадины ныли. Зато сразу заметила свет…
Приподнялась на локте, с надеждой приоткрыла глаза и… замерла.
Мы по-прежнему находились под землей, только теперь лежали на гладком выступе, вытесанного из огромного камня, посреди каменного зала.
На каменных колоннах, расположенных вокруг постамента, горели факелы. Свет озарял середину просторного помещения, оставляя края в густой темноте. Наши тени танцевали на отполированной до блеска плите. Дыхание отражалось от сводов гулким эхо, и, несмотря на свет, мне было очень страшно.
Стоило качнуть головой, макушку пронзила боль. Волнуясь, не разбила ли голову, я приложила руку к ушибу и подозрительно покосилась на Валкора. На что в ответит получила возмущенный взгляд.
– Думаешь, я? – нахмурился он. – Хотя надо было бы – убегать от ночных демонов, летящих на крик – бесполезное дело. С каждым разом убеждаюсь, что ты Шаохово отродье, а Милостливая Жиава меня оберегает. Иначе столько бед и чудесный спасений объяснить я не в силах.
– Называй меня как хочешь, только помолчи – голова раскалывается, – я попыталась удобнее улечься на плите, нагретой моим телом. Только слишком она ровная, гладкая и подозрительно походит на жертвенную плиту. Лежать на ней страшно, до мурашек, но сдвинуться с места я была не в силах.
Валкор любезно швырнул мне мешок, чтобы могла подложить под голову вместо подушки. Однако он жесткий, неровный, и еще от него разило тухлятиной. Не удивительно, если учесть, что варвар носил в нем добычу.
– Фу, – я оттолкнула сумку, сделанную из куска моей юбки и, чуть скосив глаза, с сожалением поглядела на колени Валкора. Конечно, штаны эскартийца даже не второй свежести, но так хочется человеческого тепла.
Он, конечно же, заметил. Шумно вздохнул, закатил глаза и… нехотя, но выпрямил ноги.
Повторного приглашения не понадобилось. Позабыв о боевых ранениях, я подползла и с удовольствием опустила голову на теплые, удобные мужские ноги.
Ощущение тепла живого человека – чудо, успокаивающее страхи. Не мудрено, что я быстро заснула.
Проснулась относительно бодрой. Голова болела меньше, и если бы не сухость во рту, жажда и сомнительное подземелье, была бы счастлива. Зато задремавший Валкор клевал носом и во сне стонал. Но едва я пошевелилась – вздрогнул и проснулся.
– Клади, – теперь я предложила ему свои колени, только эскартийский гордец, зараза такая, конечно же, отказался.
– Надо идти, – он медленно встал на ноги и покачнулся. – Мы больше суток без воды. Скоро потеряем ориентацию – а это смерть.
Увы, это так. В подземном гроте нет пекла, но и воды нет.
Голова кружилась, во рту было сухо, но держалась я бодрее Валкора. Вот как сказались на нем тюрьма и лишение еды. Недолго думая, подхватила его под локоть.
Упрямый варвар раздраженно прошипел:
– Сам!
«Сам – так сам», – я сомкнула зубы, чтобы не начать уговаривать, объяснять, что в принятии помощи нет ничего зазорного. Так-то плевать, только… он ведь мог бросить меня и убежать. Но не бросил. Наверно, неплохой человек. Разве что своенравный и гордый. Или настолько ненавидит меня и помогает только из-за клятвы? Но ведь целовал же! Ничего не понимаю.
– Валкор, я сильно тебя бешу? – спросила, не выдержав тягостной атмосферы. То ли он такой вредный, то ли я такая дурочка. Но с ним все не по-человечески. Аж зло берет.