– Еще немного, Иса! – донесся до меня взволнованный шепот, вырывая из пустоты.
«Надо же, я Иса!» – голова в тряске склонилась, и я удачно уткнулась лицом в его плечо. Сердце варвара билось громко, как настоящего живого человека, и на мгновение я поверила, что это действительно он!
Надо было бы приоткрыть глаза, убедиться в этом. А лучше – провести рукой по щетинистой скуле, освещенной закатным солнцем, но я не могла. Приходя в себя от боли, разливавшейся по отбитому быстрой скачкой нутру, могла разве что мысленно взывать к небу, чтобы оно скорее прекратило мои мучения, пока сознание не вернуло в безжалостную реальность.
– Иса! – колючий подбородок «видения» царапнул висок.
– М-м… – простонала я, спохватившись, что ветер слишком реалистично треплет сорочку, разметавшиеся волосы по плечам. И вообще ощущения слишком настоящие.
Неужели это не бред?!
Собрав остатки сил, разомкнула веки, немного приподняла голову – и из груди вырвался горестно-ликующий вздох. Это действительно Валкор! Он вернулся за мной! И мы мчимся, удирая от садора!
– Охрипла? – не глядя, поддел мой несносный, упрямый эскартиец, распознав в моём возгласе удивление и радость.
Растянула в счастливой улыбке уголки губ, и он, ободренный, что я еще жива, крепче обхватил меня за талию, чтобы не упала с седла.
Куда спешим – я не имела понятия, но верила, что Валкор знает путь, сделает всё, что в его силах, чтобы добраться до цели.
Любоваться им воочию не хватало сил, и я, закрыв глаза, пыталась воссоздать в памяти каждую черточку мужественного лица, которое уже не надеялась увидеть: высокую переносицу, переходящую в прямой нос. Он выдающийся, но на удивление породистый и ни капли не портит Валкора. Высветлившиеся на солнце брови, сизоватую щетину на подбородке с ямочкой. Высокий лоб скрытый светло-серым капюшоном просторной накидки. И где её раздобыл? Глаза… Как же с ним хорошо и спокойно.
От радости, что мы снова вместе, что он не бросил меня, захотелось жить во что бы то ни стало, ведь впереди у нас столько дорог!
Только жаль, песчаная буря стихала – нас наверняка бросились искать.
– Сх… С-са… – попыталась предупредить Валкора, что садор так просто не отступит. Эскартиец недобро ухмыльнулся и пришпорил коня, который и так шумно и тяжело дышал.
«Только не упади! Только выдержи!» – молилась я всем богам, чтобы животному хватило сил увезти нас подальше от садора.
Клубы песка и пыли, ещё недавно закрывавшие небо и дарившие спасительную для нас, беглецов, мглу, исчезли. Вечернее закатное небо очистилось, явив огромное красное светило, уходящее за горизонт. Валкор обернулся и тут же яростно пришпорил уставшего коня, что означало лишь одно – за нами погоня.
«Неужели я и в самом деле Шаохово отродье, раз приношу одни неприятности?» – подумала с отчаянием. – Неужели всё, что со мной случилось, закончится тем, что я достанусь двум подлым уродам на растерзание? Разве для этого разверзлись границы миров? Нет! Пожалуйста, только не так!»
Я не хотела верить в худшее, однако бока коня учащенно вздымались, издавая пугающий хрип, в то время как позади всё отчетливее раздавались крики и свист преследователей.
Только появилась надежда – и вот её уже лишают.
Рука Валкора крепче обхватила меня, и животное, перейдя на размеренный шаг, стало, кажется, подниматься в гору.
Странно. Не помню, чтобы видела её по пути!
Медленно мы продвигались вперед. Где-то внизу, у подножия, доносились голоса преследователей, и сомнений, что это люди садора, не осталось.
Вдруг животное дернулось, рухнуло на колени.
– Шаош-шас-с! – выругался Валкор так страшно, грозно, что я перестала дышать. Неужели мы обречены?!
Однако он не собирался сдаваться – подхватил меня на руки и продолжил нести вперед.
«Что же наверху такое, раз он стремится туда?» – гадала я, приходя в себя и, раз за разом понимая, что мы по-прежнему поднимаемся в гору.
Не знаю, долгий ли путь был, или беспамятство мое частое и кратковременное – я потеряла счёт времени. Но когда Валкор запнулся – вырвалась из беспамятства.
В надежде на чудо приоткрыла глаза, однако всё что увидела – голую вершину горы, где, кроме каменных глыб, ничего не было, даже травы! Однако под завывающий ветер Валкор продолжал упрямо идти в центр, к камням.
«Что теперь?!» – отчаянно хотела спросить, но, наткнувшись на грозовой, тяжелый взгляд эскартийца, запнулась на полуслове.
Остановившись у нагромождения камней, он вместе со мной опустился на колени, склонил голову и затих.
Я тоже замерла, пытаясь принять судьбу.
Ещё недавно мечтала скорее умереть, а теперь, когда рядом Валкор, так хотелось жить!
Представив, что будет, если вновь окажусь в лапах Маузу и его гнилого отпрыска, приняла однозначное решение: лучше умереть с честью, чем жить в муках и бесконечном страхе, когда легкая смерть будет за милость. Осталось лишь попросить об этом Валкора и с честью выдержать задуманное.
Наверно, он думал о том же, вслушиваясь в ветер, тихий шелест песка, жадно вдыхая опускавшуюся ночную прохладу...
Вслушиваясь в громкие, оглушающие удары сердца моего варвара, я ждала его решения. А когда он шевельнулся – вздрогнула.
Как жаль, что всё вот так закончится: не объяснившись, многое не рассказав, не попросив прощения. Я долго выбирала подходящий момент, чтобы не выдать себя, сохранить гордость, только откладывать и отступать больше некуда. Если не сейчас – уже никогда. И я решилась.
Глава 30
Открыв глаза, нарвалась на бездонный взгляд Валкора из-под хмуро сведенных бровей, на жестко сомкнутые губы.
Казалось, он хотел испепелить меня, подавить, поглотить. Не в силах оторваться, даже моргнуть, я оцепенела и молчала, пока он глухо не потребовал:
Клянись хранить молчание!
Слова застряли в горле, я смогла лишь кивнуть.
Я понимала, что даю необдуманное обещание, но было так страшно, что я бы пообещала что угодно.
Получив согласие, Валкор откинул накидку, сорвал с шеи свой амулет, дарованный матерью, и крепко сжал его в ладони.
Проговоришься прокляну! предупредил, совершенно не шутя.
Я снова кивнула и, не успев пикнуть, испугалась ещё больше, до шока, до дрожи, когда из ладони Валкора прорвалось сияние.
Земля, камни, валуны, хаотично раскиданные вокруг, засияли, расцвели зелёными яркими письменами.
Ослепительный свет взорвал пространство и я закричала, срывая пересохшее горло.
***
Очнулась от света. Осторожно приоткрыла глаза и увидела, что вокруг те же валуны, но почему-то посреди высокой, сочной травы, а вместо ночи сейчас было утро.