После завтрака Индра предложила посетить ее кабинет, где хранились отчеты. Я с радостью согласилась, однако пошли мы не привычным путем, а через сад.
Что тетушка не просто вышла прогуляться, догадалась, когда на одной из открытых площадок увидела толпу: гвардейцы, часть дворцовой прислуги и дамы, жившие при дворце, столпились у фонтана и что-то рассматривали.
При нашем появлении они затихли, расступилась, и я на мощеной площадке среди зелени и ярких цветов я увидела худых, грязных оборванцев, стоявших на коленях.
– Госпожа… – зарыдали они в голос, и только по интонациям и взглядам я опознала в них амагантов!
Стоило в оторопи остановиться, слуги поставили позади два кресла.
Индра царственно села. Мне пришлось последовать ее примеру, я же королева, а это не только роскошь, но и обязанности, иногда суровые.
Несмотря на старания Валкора обелить имя Ниасы, во дворе многие помнили меня, то есть ее, как самодурку, поэтому я была уверена, тайком жалели измученных амагантов, когда-то бывших статными, видными красавцами, умевшими говорить дамам комплименты.
Я не хотела их казнить, но и держать их годами в заточении, в подвале – было не менее жестоко, особенно для всегда сдержанного Каруна, молчаливого Нергуги, юного Приаса, Феонана, не сделавших мне ничего плохо. Это коварный Мирну ненавидел эскартийца и жаждал его убить, однако никто из амагантов на меня руки не поднял. Возможно, потому что меня в обиду не дал Валкор…
Воспоминания, как мы мучились в пустыне, всплыли перед глазами.
Я нахмурилась, и амаганты ниже склонили головы, ожидая приговора.
Жаль, что в них нет стержня. Они выросли в неволе и на воле будут несчастными. То-то мечтой Нергуги было попасть в другой гарем и попытать там счастья…
Вспомнив о его мечте, я встрепенулась. Это же выход!
– Я приняла решение! – произнесла громко, намеренно чеканя слова. Пленники напряглись, в толпе послышались женские всхлипы… На них я и обратила пристальное внимание.
– Ты, – указала на Мирну, у которого вместо роскошной шевелюры, прежде волнами ниспадавшей на плечи, теперь свисало нечто свалявшееся и похожее на паклю.
Он вздрогнул, поднял на меня свои жгучие, черные глаза, похожие на омуты. Миг выдержал взгляд и обреченно опустил голову.
– Ты достоин смерти… – я намерено сделала паузу. Хотела напугать его, однако заметила, как опустились уголки морщинистых губ Танис, стоявшей рядом с пленниками.
«Ничего себе!» – едва не ахнула от догадки. Зато сразу поняла, что следует сделать.
– Но Пламенный Рисса даровал мне жизнь и спасение. И я, следуя ему, дарую тебе жизнь, однако! – сделала оговорку. – Я более не желаю тебя видеть, поэтому ты обретешь новую госпожу…
После моих слов зрительницы заволновались, зашептались.
– Танис!
Старуха вздрогнула.
– За верную службу ты заслужила награду. Этот амагант твой!
Ошарашенная Танис отмерла и запищала от радости, зато Мирну заскрежетал зубами. Думаю, для него это самая подходящая месть. Желал стать любимчиком – пусть его мечта сбудется. А уж Танис научит его «родину» любить.
– Нергуга, – назвала я имя второго, самого высокого амаганта. – Ты вел себя достойно, поэтому я дарую тебе возможность выбрать себе новую госпожу.
– Если рэу Линди захочет принять меня, – тихо отозвался амагант, не веря в спасение.
– Да-да! – раздался из толпы крик Линди. Чтобы её услышали, она даже начала прыгать, чем заслужила осуждение соседок. Но «счастливице» их мнение было безразлично. Расталкивая толпу, она поспешила пробиться к Нергуге.
Когда Линди уводила его, я увидела, как моя бывшая соперница радуется. Надеюсь, одной недоброжелательницей у меня будет меньше. Пусть с этим амагантом успокоится её одинокое сердце. Небось, и Нергугу ходила подкармливать в тюрьму.
Трех других амагантов – Каруна, Приаса и Феонана пристроила так же, а после почувствовала самое настоящее облегчение. Как хорошо, что Дизра отравилась сама при покушении, и мне не нужно выносить суровое наказание.
Однако Индру, сидевшую с непроницаемым лицом, я, кажется, разочаровала. Только иначе я не могла поступить.
Думала, когда зайдем в кабинет и останемся без свидетелей, на меня обрушался упреки, однако тетушка удивила.
– Твое решение неожиданное, – призналась она. – Но так даже лучше. Особенно подгадала с упоминанием Риссы. – Молодец!
Не знаю, молодец ли я, однако после судейства и сильного волнения сил у меня почти не осталось, а ведь вечером ещё предстоит праздник.
Для меня бы самым лучшим вечер стал, если бы я могла провести его с Валкором, по которому очень скучала.
Неужели нам всю жизнь придется вот так прятаться, только потому, что он маг?
Глава 44
Вечером Индра зашла, чтобы поговорить.
Я читала книгу. Она молча села на край диванчика, коснулась моей руки и вздохнула.
– Ниаса, я, наверно, уже надоела тебе, но я переживаю за тебя. Мне пришлось занять должность твоего опекуна уже взрослой женщиной, и то мне очень трудно держать их всех в узде. А тебе вот так сразу пришлось стать сильной, уверенной, чтобы каждый понял – ты настоящее и будущее Дардана. Что Рисса уже сделал выбор, и не им идти против его воли.
– Нет, – покачала я головой. – Я дорожу твоими советами, тётушка. Если бы не твоя поддержка и мужество – меня бы уже не было.
Индра улыбнулась, наклонилась и поцеловала меня в лоб.
– Умница. Я верю, что ты справишься, и слава Дардана прогремит по всему континенту.
Улыбнулась тетке, и она крепче сжала мою руку.
Индра и Валкор придавали мне сил, и не было бы в Дардане счастливее никого счастливее меня, если бы два дорогих человека нашли общий язык.
Я хотела воспользоваться хорошим тетушкиным настроением и замолвить словечко о любимом, но по закону подлости вошла Мритис и сообщила:
– Госпожа, Шарнат Халту просит аудиенции.
Индра нахмурилась, взглядом показывая, что явился цензор не к добру.
– Пришел не один, со старшим сыном, – уточнила служанка.
– Старых боров притащил с собой поросенка? – задумчивый взгляд тетушки сочетался с ехидным прищуром. – Помнится, ты, Ниаса, обожгла Руину руку, когда он позволил себе неуважение к тебе. Неужели пришел за добавкой?