— Не думаю, — задумчиво сказал он. — Маг слизняк. Он бы не провернул такое.
— Тебе виднее…
Боддер пожал плечами, а затем отрезал себе большой кусок свинины. Пока Аллорий думал, наемник приступил к еде.
— Отличное мясо… Вот что я думаю… Раз все пошло не так, как ты хотел, значит, в чем-то да ты ошибся… Ха! Не смотри так. Мое дело маленькое. Что я в этом понимаю?
— Твое дело? — переспросил Аллорий. — Ты хорошо его выполнил?
Боддер не обиделся.
— Я хоть раз выполнял дела плохо? — спросил он.
Разговор никак не повлиял на аппетит наемника. Он ел шумно, запивая мясо большими глотками вина, часть которого стекала вниз по тяжелому подбородку. Затем Боддер вытирал уголки губ платком с деликатностью, которую было сложно ожидать от такого грубого человека.
— Певичка, говорили, расцвела, что майская роза. Так что ее хахалишка оказался не таким уж слизняком… Все же мерзкий он тип! — сказал Боддер, внезапно нахмурившись. — Избавился от собственной женщины и не прибыл по честному, а в крысу отравил. Родятся же уроды в этой славной стране… Хм? Ты все думаешь?
Аллорий промолчал, и наемник усмехнулся шире.
— Да, ошибаться неприятно. Но что поделать? Даже лучшие из нас могут быть не правы, как говорит старина Пеккель, когда в очередной раз бздит в лужу.
— Избавь меня от этих выразительных речевых оборотов! — осадил собеседника Аллорий. — Если маг это сделал… Допустим, что это был он… Почему он не побоялся?
— Чего?
Аллорий посмотрел на Боддера своим характерным взглядом с прищуром. Опытный наемник поежился.
— Мне нет разницы, жива актриса или нет. Маг же не думал защититься от обвинений, просто порвав с ней? Это наивно и рискованно.
Боддер подался вперед, словно внезапно что-то вспомнил. Внимание Аллория сосредоточилось на наемнике.
— Кстати! В городе упорно говорят, что птичку вылечила какая-то лекарка!
— Лекарка?
— Или травница… Неважно… Самая хохма, что она из той самой конюшни, где… — Боддер осекся — осторожность была ему совсем не чужда. — Где все случилось… Насмешливая штучка — эта судьба.
Аллория слова про травницу не слишком заинтересовали: он пригубил вино и взял немного хлеба. Его манера есть разительно отличалась от простецких привычек Боддера.
— Если скажешь, я вернусь в город и проверю, на месте ли та вещь, — предложил наемник. — Я помню, где ее оставил.
— Это слишком опасно, — возразил Аллорий. — Тебя могут поймать. Я должен подумать, как нам лучше поступить.
— Хорошо, — легко согласился Боддер. — Как скажешь… И все-таки обидно, что какая-то травница Эйна присвоила себе мои заслуги.
Он засмеялся, поэтому не заметил, что Аллорий насторожился. Потом лицо молодого колдуна едва уловимо посветлело.
— Эйна? Я ведь когда-то знал девушку с именем Эйна.
— Ничего особенного. Не самое редкое имя для Эннавы.
— Ты прав, — согласился Аллорий. — Напомни, как называлась та конюшня?
— «Белая ласточка». Глупое название.
— Конюшню придется навестить…
Боддер предложение не оценил.
— Ты ругался, когда я отправился в город повеселиться. Говорил, что меня могут узнать.
— Тебе не нужно будет ходить в приют странников, — ответил Аллорий. — Я сам все сделаю.
— Сам? — удивился наемник и цокнул языком. — Да ладно!
— Меня в городе не видели. Это не будет опасно.
— Я не об этом. Что ты рассчитываешь найти?
— Ничего, — ответил Аллорий, покачав головой. — Совсем ничего. Я хочу осмотреться. Обидно начинать все с начала после стольких трудов. Быть может план еще получится спасти?
На суровом лице Боддера появилось обеспокоенное выражение.
— Меня рядом не будет. Прояви осторожность.
В ответ младший из колдунов рассмеялся. Потом он наклонился и едва слышно произнес:
— Как будто без тебя мне опаснее, чем с тобой. Это тебя до сих пор ищут, не забыл?
— Ищут, — мрачно признал наемник. — Кто-то меня там приметил. Знать бы кто…
— Останешься за главного, — сказала Эйна. — Знаешь, что делать?
— Все я знаю, — буркнул Вил. — Этот лорд стал часто тебя вызывать.
В ответ его легонько щелкнули его по носу — Вилис редко успевал увернуться.
— Следи за языком! Мы обязаны лорду.
— Ага… А ты и рада к нему бегать.
Поймав взгляд Эйны, Вил прикусил язык. Наставница холодно смотрела на него, и это было обиднее щелбана.
— Кейры снова нет, — наябедничал он. — Вчера она опоздала, а сегодня совсем не придет?
— Пусть погуляет. Ей сейчас не до нас.