Эйна продолжила укладывать в корзинку травы, выбирая только самые лучшие. Вилис завистливо вздохнул.
— Если бы я не пришел вовремя, меня бы ты бранила весь день.
Эйна мазанула по нему взглядом, и Вилису показалось, что наставница снова смотрела с осуждением. В последние полгода их отношения сильно испортились. А как могло быть иначе? Теперь Вилис понял: Эйна не лукавила, когда говорила, что ни за что не станет учить кого-то колдовству. Пока надежда оставалась, он честно старался, выслуживался, как только мог…
Вил вздохнул. На столе лежала открытая учетная книга, и заказов в ней было на две наводящие тоску страницы…
— Я не скажу дурного слова, если ты влюбишься и станешь бегать к какой-нибудь девчонке, — сказала Эйна с серьезным лицом.
Вилис иногда не понимал, когда она шутила, а когда — нет.
— Тебе же не нравился кейрин лекарь?
Эйна усмехнулась, странно дернув уголком рта. В последние дни у нее было непонятное настроение, и Вилис связывал это с постоянными посещениями высокого города.
— Все-то ты знаешь… Я передумала. Кейра молода. Пусть веселится.
— И что будет?
— Я не знаю, Вил, — сказала Эйна, закрывая корзинку платком. — Не думаю, что у них получится что-то толковое, но я буду рада ошибиться.
Она собралась уходить, и на Вилиса накатила злость.
— Завидуешь им, да? — спросил он. — У Кейры хоть что-то может выгореть, а с магом точно не получиться…
Он хотел обидеть, но это не получилось. Эйна покачала головой и перед тем, как уйти, сказала:
— Злобный мальчишка… Конюшня на тебе. Присматривай!
— Ага.
Вилис остался один на один с корешками и травинками. С досадой он достал подаренный амулет и в тысячный, наверное, раз осмотрел со всех сторон. Эйна говорила, что сделала подвеску сама и что оберег отразит любые колдовские чары, какими бы мощными те ни были. Вил прикусил губу, пока всматривался в загадочные символы. Жаль, что бабкину тетрадь отец сжег до того, как Вилис успел изучить записи… Хотя вряд ли наука деревенской колдуньи помогла бы разгадать вязь Эйны — бабка Вила понимала разве что, как лечить овец и выращивать горох. Пока старуха была жива, их семья всегда собирала лучшие в деревне урожаи, но это было совсем не то, к чему стремился Вил.
Во дворе звякнул колокол, предупреждая о посетителе. Гость выглядел человеком небедным, поэтому Вилис сцепил зубы, заставляя себя улыбаться… а потом заметил, что незнакомец смотрел прямо на неспрятанный под воротником амулет. Мальчик сглотнул и быстрым движением закинул камень под одежду.
— Хороший день, уважаемый… Ты за травами? — пробормотал Вил.
У незнакомца были тонкие губы с недовольно опущенными уголками, высокий лоб, скрытый завитками коротких темных волос, и большие светлые глаза. Даже улыбаясь, этот человек не казался приветливым, поэтому Вилис почувствовал необъяснимое беспокойство.
— И тебе, мальчик, того же. Где твоя хозяйка?
— Эйна? Она недавно ушла. Я тут вместо нее. Ты можешь…
— Жаль, — перебил незнакомец, а затем обвел двор взглядом, в котором не было ни капли разочарования.
Вил набрал в грудь воздуха и выпалил:
— Ты пришел за травами? Я сам могу все рассказать! И продать тоже могу!
— Да? Ты кто будешь?
— Я Вилис. Я ученик травницы.
— Ученик? — протянул посетитель. — Очень хорошо… Хорошо…
Его взгляд постоянно перемещался по Вилису, но всякий раз возвращался к шее мальчика. Это было почти незаметно, но все равно очень подозрительно. Внезапно Вила осенило:
— Вы знакомый Эйны? — спросил он.
Лицо его собеседника неуловимо изменилось. Казалось, он вообще не собирался отвечать, но потом Вил услышал короткое:
— Возможно.
— Это как? Вы знаете Эйну или нет? Как может быть «возможно»?
Вил не ждал, что ему ответят. Эйна называла такие вопросы бестактными.
— У меня когда-то была подруга с таким именем, но я давно ее не видел. Я совсем не уверен, что твоя травница — это она… Не говори пока хозяйке, что ее кто-то спрашивал.
— А? — не понял Вил.
Взгляд незнакомца стал острым, а выражение лица — холодным. Человек наклонил голову, всматриваясь в Вилиса, словно оценивая его. Мальчишка облизнул губы — посетитель все сильнее заставлял его беспокоиться.
— Я не уверен, что мне будут рады, мальчик. Ты понимаешь, что я имею в виду? — спросил странный мужчина.
— А?
Поймав потерянный взгляд Вилиса, человек потерял интерес к ученику травницы. Лицо мужчины расслабилось.
— Ничего, если ты не понимаешь. Возможно, я зайду позже…
Но Вилис вдруг понял. Он был смелым мальчиком, поэтому просунул холодеющие от страха пальцы в ворот рубашки и прикоснулся к гладкой поверхности амулета.