часть 37
Я сидел дома, на диване и смотрел в стену. В голове была только одна мысль… Я не мог поверить, не мог смириться с этим… Мила, мне, не сестра… Но она как родная… Всё равно не укладывается… Я растил её, играл, воспитывал…
Тут в дверь позвонили, но мне было пофиг. Я сидел и продолжал пялиться в стену. Дверь открылась и на пороге стояли мои друзья. Они переглянулись и посмотрели на меня.
- Ник, ты чего? Сидишь весь такой убитый… - проговорил Бен и прошёл в зал. – Что-то с Милой? Она что… Ну… Того?
Я резко вскочил, схватил его за футболку и прорычал:
- Ещё раз так скажешь и я тебя разорву на куски!
Мои глаза горели огнём, внутри была злоба, в ушах просто дикий звон стоял. Мне было неприятно слышать такое… Кем бы мне Мила не обходилась, она мне всего дороже.
- Понял, понял. Прости, сказал не подумав, - произнёс Бен и отошёл.
- Что с тобой Ник? Объясни, что происходит, - подойдя ко мне, спросил Джек.
- Кое-что узнал, - повернувшись к стене, где стояла фотография родителей, ответил я.
- Что? – хором спросили ребята.
- Мила…Мила мне не сестра… - смотря на фото, произнёс я.
- Что???? – воскликнули удивлённо друзья.
- Ты шутишь? – не понимая, спросил Джек.
- К сожалению, нет! – крикнул я и схватил вазу.
Бен и Джек стояли и наблюдали за мной. Я швырял об стену всё, что попадалась мне на глаза. Они хотели меня остановить, но понимали, что это бесполезно. В порыве гнева я им поведал всё, что знал. Ребята стояли в стороне и слушали моё отчаяние. Конечно, друзья были в шоке, никак не могли поверить, что Мила мне не родная, пытались подумать логически, как? Что? Почему?
- Вы так с ней похожи были, - произнёс Бен.
Я смотрел на фото родителей и швырнул в неё чашку.
- Как вы могли с нами так поступить! Ненавижу вас! – кричал я.
- Они не сказали, наверное, потому что вы были ещё малы, - проговорил Бен.
- Мне было четырнадцать! Можно хоть что-то оставить! Ведь нельзя быть во всём уверенным! В том числе и жизни! – крикнул я и кинул в стену поднос.
- Это было странно, что вы оба блондины с голубыми глазами. Твоя мама была блондинка с карими глаза, а отец тёмно-русый с голубыми глазами. Вероятно, получился ты такой светловолосый с голубыми глазами, второй ребёнок получает малую вероятность родиться таким же, он мог получить другую внешность… Может твой брат был тёмно-русым с карими глазами или с голубыми. Но вот родиться снова блондином с голубыми глазами мало вероятно, - провёл анализ Джек.
Я смотрел на него и понимал, что реально было странно, что Мила была такой же как и я, хоть у нас светлые волосы и глаза, мы абсолютно разные, даже некоторые черты лица.
- Я им этого никогда не прощу! – крикнул я и опять швырнул об стену очередную кружку.
- Ник! Пойми! Посмотри на это с другой стороны, Мила выросла замечательной девочкой, само очарование, в любви и заботе… Ну первые шесть лет… А что бы с ней было будь она в детском доме? От неё отказалась мать, ей было всё равно на судьбу ребёнка. А твои родители спасли её, любили как родную, лелеяли, дарили всю любовь и заботу, что даже хватило ей, чтобы вырасти восемь лет в детдоме, - произнёс Бен.
Тут я остановился. Бен был прав. Они спасли Милу, спасли её от такой страшной участи… И причём… Она была со мной… Я бы тогда её не встретил, родители бы умерли, я попал в детский дом и тогда… Сам бы умер… Тогда уж, она спасла меня, её любовь…
Тут у меня позвонил мобильный. Я ответил, с того конца послышался голос врача, который сообщил мне, что нашёлся донор для Милы и ей сейчас делают переливание крови.
Я был рад это услышать. Мила скоро придёт в себя и она будет жить. Я упал на диван и глубоко вздохнул.
- Что случилось? – поинтересовался Бен.
- С Милой всё налаживается, скоро она проснётся, - ответил я.
Ребята порадовались и сели рядом со мной. Ещё около часа мы болтали, думали как поступить дальше, сказать ли всё Миле…
Друзья ушли домой, а я стал прибираться и убирать всё что натворил и разбросал.
Того урода который сбил Милу будут судить, мне особо не хотелось о нем думать, поэтому я нанял адвоката и он разбирался со всем этим делом.
Прошёл день. Врач позвонил и сказал, что Мила наконец пришла в сознание и её можно навестить. Мне было страшно навестить Милу. Я не знал как теперь смотреть на неё, в её глаза… Ведь в душе остался осадок того, что она не моя сестра…
Я вошёл в палату, присел рядом на стул и смотрел на неё. Она выглядела уже лучше чем была. Ранки потихоньку затягивались, цвет лица улучшался.
Мила приоткрыла глаза и посмотрела на меня.
- Ник… - тихо прошептала она.
- Милани… - отозвался я и из глаз хлынули слёзы.
- Ты что…Плачешь? Не надо… Со мной всё хорошо… - оживая, проговорила Мила.
- Глупая… Ты понимаешь, что ты несколько дней находилась в коме, на грани жизни и смерти! – вытирая слёзы, крикнул я.
Она смотрела на меня, в её глазах читалась грусть и вина за свой необдуманный поступок.
- Прости, Ник… Я виновата… Я не хотела, чтобы так всё вышло… - приподнявшись, сказала Мила.
Я резко обнял её и прижал к себе. Такая маленькая, такая глупенькая, такая худенькая… Только моя…
Через пять дней, Мила пришла в норму. Она быстро шла на поправку, уже ходила, улыбалась, рисовала и просила поскорее забрать её домой. Мне было тревожно за неё, ведь недавно вышла из комы, тем более, что слаба ещё. Но эта девчонка была такой упрямой, уверяла врачей, что всё хорошо, мозг не пострадал, кости целы, быстро поправлялась. Что и в правду удивительно, удар был не сильный, сама Мила была маленькой и хрупкой поэтому отлетела по асфальту и потеряла много крови, кости и мозг были не задеты, поэтому быстро поправлялась.
Наконец, мы пришли домой. Я занёс вещи Милы и поставил в прихожей. Она забежала домой и обняла собаку.
- Ох, Роби… Я так скучала, что боялся что я ушла навсегда? – смотря на собаку, спросила Мила.
- Не говори так! – сердито сказал я.
Мила повернулась, посмотрела на меня и фыркнула.
- Ник… - подходя ко мне, начала она. – Ты помнишь из-за чего мы поссорились?
Меня эти слова начинали немного напрягать, не больно мне хотелось сейчас это вспоминать и так полно проблем.
- Мила, давай не сейчас… - убрав её руку от себя, проговорил я.
- Ник! Я думала о нас всю неделю! Пойми, как мне тяжело! Я не могу больше это держать в себе… Ты так поступаешь…Так… будто просто провёл со мной ночь и всё! Как воспользовался! – отчаянно крикнула она и заплакала.
- Что? Да как ты смеешь мне такое говорить? Я тобой не пользовался! – схватив её за кисть руки, сказал я.
- А что ты сделал? Дал заднюю? – с серьёзным взглядом спросила она.
- Мила…Мила…пойми… не всё так просто….ты многого не знаешь… - не зная как ей сказать правду, произнёс я.
- Говори как есть! – сердито крикнула Мила.
Я не знал как сказать, мне было сложно… Я боялся разбить ей сердце, разбить эту любовь между ней и родителями. Как она на это отреагирует?