Какое же разочарование в её глазах. Мудак, убить себя готов. Отодвинув мою руку, Настя прошла к дивану и с абсолютно с безэмоциональным лицом достала из аптечки пластырь. Безмолвно посмотрела на меня, приглашая сесть. Повинуясь, я сел обратно, маленькие холодные ручки ловко справлялись с каждой раной. Каждый раз от прикосновений я вздрагивал и ловил воздух ртом, мурашки по коже выдавали мое состояние, на сколько мне нравились ее прикосновения. Но я сидел и пялился в одну точку иначе быть беде.
–Всё. –Коротко и ясно. Разговаривать со мной у нее желания явно нет. –Следи, чтобы все хорошо заживало.
Убрав все обратно в аптечку, поставила коробку на место. Я так и сидел, повернувшись к ней спиной, не в силах даже взглянуть в её сторону. Не смогу я, тяжело мне её отпускать. Увижу, как уходит и фляга может свистануть. Схвачу и больше никуда её не отпущу.
–Я пойду. –Вздрогнул от холода в голосе. –Пока.
Ушла, хлопнув дверью оставляя меня одного с её запахом, который еще долгое время витал в воздухе. Не знаю сколько я лежал, пялясь в потолок, но очнулся лишь спустя пять пропущенных звонков. Нехотя взял телефон проверяя нарушителя моего «покоя». Черт, брат. Выдохнув, набирал его номер.
–Здорово школяр. –Я нахмурился, он знает, что я ненавижу, когда меня так называют.
–Здорово. –Ответил сдержанно.
–Как жизнь молодая? Ты случайно заехать не хочешь, семью поведать? –Давит на самое больное. –Засел там в своей дыре и не нужен тебе никто. Матери хоть бы раз набрал.
–Давай без твоих причитаний. Мне не шесть, сам разберусь.
–А так и не скажешь, что через несколько дней уже совершеннолетним станешь. Ведешь себя все как малолетка.
–Ближе к делу. Че надо?
–Короче, ждем тебя на ужин семейный. День сам выбери, но, чтобы обязательно приехал, мать ждет. Все, бывай.
Сбросив вызов, я откинул телефон на другой конец дивана. Потерев переносицу, начал думать в какой из дней лучше заявиться домой. Конечно, нужно подождать пока рожа заживает, боюсь родители не сильно будут в восторге от моей физиономии.
Родители всегда жили в столице, как только брату исполнилось восемнадцать, он переехал в пригород, предварительно взяв меня с собой. Родителям некогда было заниматься воспитанием своих детей. Они полностью погружены в работу с головой. Сначала на шее Богдана висела наша сестра, а потом я. Поэтому можно сказать мы выросли без должного воспитания. Хоть нянечки и были, но они никогда не заменят родителей.
Как только Богдан начал помогать отцу с бизнесом, он тоже стал редким гостем в этом доме. Все решают деньги, поэтому я могу жить спокойно один, хоть мне и нет еще восемнадцати. Ну радует хоть одно, через пару день, можно не беспокоиться об этом. С одной стороны, я сниму с себя оковы, с другой, отец начнет и меня пропихивать в свой бизнес, который мне не сильно интересен. Ну какой к черту бизнес? В восемнадцать лет подростки начинают только кутить и развратничать. Хочется еще немного побыть беззаботным мальчишкой, не знающим, что такое взрослые проблемы.
Мерзкий звук раздался, неприятно звенев в ушах. Кто-то позвонил в дверь, неужели Настюша что-то забыла? Пытался тешить себя надеждой, что это все же моя маленькая девочка. Встав с дивана, подошел к двери и широко распахнул её. Твою мать, ты-то какого хрена приперлась? Тебя для полного комплекта хренового дня и не хватало.
–Данечка, привет милый. –Поздоровалась Ника и бесцеремонно прошла мимо меня, зайдя в дом.
Закрыв дверь, медленно развернулся к ней, скрестив руки на груди облокотился дверной проем.
–Че надо? С какой целью пришла?
–Фу, как грубо. Я же скучала. –Мурлыкала брюнетка, облизывая свои губы, жадно смотря на меня.
Не до тебя сейчас, вот серьезно. Как бы сильно ни хотел я повеселиться с ней, чтобы забыться, но желания совсем нет. Все мои мысли были сейчас поглощены лишь одним ротиком, маленькой соседской девчонки. Вспомнил её блестящие от слез глаза и тут же сердце пропустило удар.
Ника подлетела ко мне, чуть ли на запрыгнув повисла на шее. В нос ударил её яркий и резкий парфюм. Не нравится, прям воротит от него.
–Может займемся кое-чем интересным. –Шепнула мне на ухо, прикусив мочку с проколом. Языком она повела влажную дорожку по шее спускаясь к ключицам.
–Что с твоим лицом? Снова подрался? –Хихикнула, глядя мне в глаза. –Мужчину украшают шрамы.
Бесит она меня. Я тут же вспомнил с каким лицом на меня смотрела Настя. Такой печали я еще никого не видел во взгляде. Да, мне не хотелось, чтобы она видела меня таким. Настолько поникшим, обессиленным слюнтяем. Но как же было приятно осознавать, как она переживает за меня. Мой маленький королёк. Непроизвольно я улыбнулся, вспоминая ее образ.