Сняв с себя обувь и куртку, я медленно прошла в гостиную. Дома невероятно чисто, а от того грустно, тут абсолютно нет украшений к Новому году. Ни гирлянд, ни ёлки, хотя потолки у Мартынова довольно высокие и сюда могла бы поместиться высокая и красивая ёлка.
Пройдя на кухню, я открыла холодильник. Аллилуйя, он не пустой, в нем было множество разных продуктов и готовой еды. Также стояли напитки и, к моему большому сожалению, алкоголь, который мне пока пить нельзя.
Увидев на полках овощи, мне захотелось приготовить салат, пока нет хозяина дома. Не всё же питаться доставками. Включив музыку через станцию «Алиса», я принялась готовить салат. Играла коасивая песня, в такт которой я пританцовывала. Приятный мужской голос пел красивые строчки:
«Кружат в небе живые снежинки
В темпе вальса
Я заметил тебя и вокруг
Все стало сиять»
Нарезая овощи, я двигала бедрами, подпевая себе под нос. Неожиданно чьи-то руки легли на мою талию, от чего я вздрогнула. Положив подбородок на мое плечо, Мартынов потерся холодной щекой об мою кожу. Развернув меня к себе лицом, он молча смотрел на меня. Мои щеки запылали от его пристального взгляда, а голос на заднем плане продолжал петь:
«Если я буду тебя целовать, то мне искренне важно
Что не забудет зима и оставит все наши следы
Я провожу тебя, не прекращай говорить со мной сладко
Хлопьями снег, нас ведут фонари»
Моё сердце стучало так быстро, что, казалось, заглушало звуки громкой музыки. Он нежно провёл рукой по моей щеке. Я приоткрыла губы и стала тяжело дышать, пытаясь вдохнуть побольше воздуха.
Мартынов неторопливо приблизился ко мне и коснулся губами моего лба, затем щёк, оставляя на моей разгоряченной коже легкие поцелуи. После этого он обнял меня крепче и накрыл мои губы своими. Я ответила на его поцелуй, сама углубляя его.
За время больничного мы виделись так редко, что я невероятно сильно скучала по нему. Сплетая наши языки, я почти таяла в его руках, как снег. Подхватив меня под бедра, он усадил меня на соседний стол. Стянув с себя куртку, он продолжал жадно целовать меня с ещё большей страстью.
Под его тонкой водолазкой я чувствовала, как напрягаются его мышцы. Цепляясь за него руками, словно за спасательный круг, я покусывала его губы. На мгновение разорвав поцелуй он прошептал мне в губы:
–У меня научилась?
–Нет, сама умела.
Он с новой силой впился в мои опухшие раскрасневшиеся губы. Рукой он дотронулся до моей ноги, поглаживая внутреннюю сторону бедра.
Неожиданно его телефон завибрировал в лежавшей на полу куртке. Он нехотя разорвал наш поцелуй и достав телефон из кармана вышел из кухни. Тяжело дыша, я слезла со стола, поправляя задравшуюся юбку и немного растрепанные волосы.
Кожа невероятно горела, а сердце стучало так, словно у меня тахикардия. Подойдя снова к недорезанным овощам, я продолжила то, что начала. Спустя пару минут Даня снова вошел на кухню и сел за стол. Я чувствовала спиной его взгляд на себе, но он не спешил что-то говорить. Я также не начинала разговор первая.
–Ты такая красивая. –Сказал он чуть слышно.
От его слов по телу побежали мурашки, но я продолжала не отвлекаясь резать овощи.
–Я хочу видеть тебя каждый день на своей кухню.
Неожиданно нож соскользнул со скользкой шкурки помидора, и я провела прямо по своему пальцу.
–Ай! –Вскрикнула я, бросив нож и схватившись за порез, зажала ранку.
Мартынов тут же подскочил со своего места, подлетая ко мне.
–Порезала? Покажи мне. –Обеспокоенный, он схватил меня за руку и аккуратно посмотрел на неглубокий порез, из которого сочилась алая кровь.
–Прости, это я виноват, под руку говорил.
–Нет, все нормально. Я сама виновата, не внимательна была.
–Пошли, нужно обработать, пока она свежая.
Когда я порезала палец, сок помидора, который попал в рану, вызвал неприятное жжение. Я подошла к раковине и промыла руку под струёй прохладной воды, а Мартынов тем временем принес из ванной аптечку. Он усадил меня на кухонный диван и, присев на корточки, достал из аптечки перекись водорода и пластырь.
–Будет больно, но придется потерпеть.
Налив немного перекись на ранку, я втянула в себя воздух от неприятного пощипывания. Даня дул на рану, успокаивая боль. Намазав еще чем-то, он аккуратно заклеил палец пластырем.
–Ну все. Молодец, мой герой, даже не пикнула. –Он погладил меня по волосам.