Неожиданно Мартынов подвинулся ближе ко мне и опалил щеку и ухо горячим дыханием.
–Уверена, что не дашь? –Он ухмыльнулся, поиграв бровями. Его дыхание было тяжёлым. Я тут же залилась краской, звучит слишком двусмысленно. Он все пытается перевести к похабщине, видимо на уме у него только одно и явно не учеба. Немного замявшись, я все же ответила:
–Уверена. –Неожиданно, но мой ответ звучал очень твердо и убедительно.
Мартынов, не отводя от меня взгляда облокотился на спинку стула и вальяжно расселся. Знает гад, что ему ничего не будет, поэтому и творит, что вздумается. Эта училка ведь явно видела, что он шептал мне что-то на ухо, но сделала замечание только мне. Гадина редкостная.
–Ну ладно, посмотрим. –Последнее что он произнес и наконец-то потерял ко мне всякий интерес.
Звонок прозвенел, одноклассники с воплями подскочили со своих мест и направились к выходу. Мартынов неспешно встал и также вышел из класса, даже не посмотрев в мою сторону. Он все делал не спеша и плавно, его движения были отточены. Если смотреть на него глазами влюбленной дуры, то конечно выглядит он идеально. Черные немного взъерошенные волосы, рубашка с расстёгнутыми до ключиц половицами, брюки, которые подчёркивали его накачанные ноги, а пах он просто крышесносно, такой терпкий и не очень резкий древесный аромат с нотками вишни.
Но характер у него такой поганый, просто отвратительный и вся красота уходи на другой план. Играет чувствами людей, как ему заблагорассудится.
Я собрала вещи в сумку. К моей парте полетели подруги.
–С тобой разговаривал Мартынов? –Спросила Рита через чур возбуждено.
–Просто попросил дать списать. –Мы вышли последними из класса. – Придурок блин, привык, что ему все подают на блюдечке с золотой каемочкой.
–Так ты дала ему спасать? –Поинтересовалась Ксю.
Мое лицо с новой силой начало гореть. На коже до всех пор осталось ощущение его дыхания и прикосновений. Дотронулась до кончика своей юбки, которую он дергал и сжала со всей силы. Мне не нравилось, что он распускает руки, но мое сердце того и гляди готово выпрыгнуть из груди.
–Нет, не дала. И никогда не дам, пускай научиться своими силами получать то, что ему нужно, а не за счет других. –Мы зашли в столовую, где уже толпились голодные ученики. Стоять и толкаться в такой огромной очереди не было смысла. Выбрав самый дальний стол, сели за него.
–Держите, я сок вчера купила, пока домой шла. Знала, что будет такая очередь. –Протянула им по упаковке. –Такое ощущение, будто их дома не кормят.
–Блин, спасибо. Живот с самого утра ноет, я не успела позавтракать. –Ксю воткнула трубочку и сделала глоток. – Дома, то нет пиццы, поэтому они все и бегут её скорее раскупать. Я даже слышала, что многие отпрашиваются на пять минут пораньше с урока, чтобы успеть быстрее остальных ухватит жирный кусок.
–Как дикие, ей богу. –Сделала глоток сладкой жидкость, которая холодком дошла до моего желудка.
–Опять они вместе. Что только Даня в ней нашел? –В голосе Риты слышалось раздражение и грусть.
Я повернула голову в сторону, увидев сидевших на подоконнике Мартынова и Чистякову. Она сидела между его ног, а он замком сцепил руки на её талии. Господи, опять он, сколько можно, смотреть на него не могу. Они сидели в большой компании, все что-то с интересом обсуждали. Чистякова шептала что-то ему на ухо на что он ухмылялся. Резко Даниил перевел взгляд на меня, и я встретилась с его черными безднами. По инерции я отвернулась, но продолжила чувствовать его взгляд, от которого бежали мурашки по коже.
Девочки что-то увлеченно обсуждали, но я не слушала их, полностью увлеченная своими мысли и взглядом этих черных глаз. Почему он так сверлит меня? Неужели я так сильно его раздражаю? Я снова посмотрела на Мартынова. В руках у Чистяковой была ложка, которую она поднесла к его рту. Поднял глаза на меня, я застыла. Слизывав с ложки йогурт, пристально смотрел мне в глаза, а затем хищно улыбнулся, показывая свои белоснежные клыки. К щекам прилила кровь, стало тяжело дышать, я облизнула свои сухие губы. Не понимаю, почему до всех пор не разорвала зрительный контакт с ним. Глядя на меня, он закусил нижнюю губу и провел по ней языком. Черт! Это было последней каплей, наконец-то соизволив отвернуться от него. Мартынов словно специально издевался надо мной.
Не было сил больше находиться с ним в одном помещении и осознавать, что он все еще смотрит на меня.
–Девочки, пошли. –Подскочила резко со своего места. –У нас сейчас будет алгебра, опаздывать нельзя. –Я вышла из-за стола и быстрым шагом поплелась к выходу из столовой, не дождавшись, что ответят мои подруги.