Впрочем, восхищен не он один.
Пока он себя надрачивает, я впитываю его неумолимую красоту. Обнаженный он поистине великолепен. Сильные, широкие плечи, способные удержать на себе мир. Безупречно развитые мускулы — ему не составит труда отыметь меня у стены, подхватив за бедра. Кожа цвета меда. И прекрасный член.
Он описывает круг, любуясь мной, как произведением искусства, затем командует:
—Нагнись над кроватью и широко раздвинь ноги.
Я выполняю. Иду к кровати, наклоняюсь, положив ладони на холодные простыни, и в ожидании его следующих действий устремляю взгляд на городские огни за окном.
Похоть, предвкушение потоками лавы омывают меня изнутри. Я вся горю. И наконец чувствую за спиной прикосновение его обнаженного торса и шепот:
—Не двигайся.
Но я не слушаюсь. Я оборачиваюсь и успеваю поймать момент, когда он оттягивает тонкую полоску черного кружева вбок и начинает вести головкой члена вдоль моего влажного естества.
—Почувствуй, как сильно я хочу тебя,— говорит он грубо, втирая свою эрекцию меж моих ягодиц.
Я стону, вцепившись в одеяло.
Неожиданно он стягивает мои стринги до пола. Швыряет их в сторону, встает позади меня на колени и ведет ладонями по ногам. Эта божественная ласка обжигает. Она бросает меня в дрожь, в самый эпицентр разрушительного землятресения.
—Вася, пожалуйста…
Он толкает меня вперед, так что я падаю на кровать. Руки накрывают мою задницу, раздвигают ягодицы, а потом я чувствую прикосновение его языка. Он лижет мой клитор, он двигается во мне… посасывая… похлопывая… трахая мою щель, жадно, точно ест и не может насытиться, и у меня сносит крышу.
Поддернув меня поближе, он зарывается в мою промежность лицом, и пытка продолжается. Краем глаза я вижу, что свободной рукой он яростно натирает свой член — лихорадочное мельтешение запястья гипнотизирует.
Быстрее…
Еще быстрее…
Сильнее…
Подводя нас обоих все ближе к разрядке. Наконец он отпускает меня, встает и облизывает поблескивающие моим желанием губы, затем тыльной стороной руки вытирает рот.
— Повернись на спину, — приказывает он, грудь тяжело вздымается.
Тяжело дыша, я ложусь на кровать, не упуская голодной вспышки в его взгляде, когда он упирается в мою грудь. Он накрывает меня своим телом и целует. Наши языки агрессивно сплетаются, я ощущаю привкус своего тела, но самое мощное ощущение — это он. Его вкус. Его запах.
Он обрывает поцелуй.
Сдавливает мои груди в ладонях, больно щиплет соски и рычит, покрывая мою шею поцелуями. Склонив голову, он начинает сосать и теребить зубами мои соски, пока они не становятся невероятно чувствительными. Я знаю, он не настолько невозмутим, каким хочет казаться. Судя по стекающим со лба капелькам пота, по тому, как крепко сжимаются его челюсти, пока я глажу себя его членом, он вот-вот перестанет владеть собой.
Я отпускаю его и, обхватив за шею, притягиваю к себе, к своему рту, и шепчу:
— Возьми меня. Я хочу почувствовать тебя внутри.
— Надеюсь, ты выдержишь, милая, поскольку я намерен брать тебя, пока не сломаю.
И в этот момент он теряет контроль окончательно.
Встает, хватает меня за бедра и подтягивает к краю кровати. Трет своим членом мой клитор, глядя, как он влажнеет, а потом вталкивается до конца таким мощным и сильным движением, что меня отбрасывает назад. Я чертыхаюсь под его напором, мои глаза закатываются к потолку.
Он выпрямляет мои ноги и, взявшись за лодыжки, разводит их максимально широко… и начинает вытрахивать из меня мозги. Теряясь друг в друге, мы уносимся в никуда.
Я смотрю, приподнявшись на локтях, как ходит во мне его поблескивающий член… быстро и жестко… едва выдергивая головку, он тотчас снова вторгается внутрь, агрессивными и мощными ударами бедер отталкивая меня все дальше от края. Я чувствую его повсюду. Снаружи. Внутри. Я вся до последнего нерва охвачена примитивным желанием брать, брать, брать, пока не брызнет через край.
Я всхлипываю.
Стону.
Мне больно, но это изумительно приятная боль.
Из меня рвутся стоны, голова кружится от чувственного безумия происходящего. Это больно. Это прекрасно. Это порочно. Слившись телами, мы проживаем вместе каждый поцелуй, каждую ласку, каждое прикосновение, каждую каплю пота, пока у нас не кончаются силы терпеть.
Внезапно он впивается в мой рот поцелуем столь же безжалостно, как трахает меня, и я кончаю. С мощью столкнувшихся на полной скорости планет оргазм стирает все мои слова, мысли, ощущения — все, кроме толчками исторгающегося из меня экстаза.