Она внимательно на меня посмотрела, ожидая моей реакции. Я был крайне счастлив, в своей голове я рисовал картинки куда страшней.
— И сколько у тебя таких? — тихо спросил я.
— Конкретно таких- один, — засмеялась Марта.
— А всего?
— Не знаю, я же их не считаю! Много…
— Какой же это пиз**ц… — я приложил ладонь к лицу и легонько уныло взвыл.
— Я уже говорила, что ни с кем из них не сплю, — быстро затараторила она.
— Ты ж моя умница, — иронично произнес я и посмотрел на часы, — Мне пора ехать…
— Предложение подождать, когда ты вернешься и выпить хорошего вина еще в силе? — заискивающе спросила Марта.
Какая же хитрая, чертовка! Я злился на нее, но рвать нашу связь все равно не хотел.
— Надеюсь, новых фотографий сегодня не будет?
— Не будет, — Марта, как всегда, ярко сверкнула белыми зубами и опустила руки на мои плечи, соблазнительно ко мне прижимаясь.
— Без меня не начинай, — прошептал я и чмокнул ее в губы, — ничего не начинай.
Она засмеялась и тоже коснулась моих губ, обжигая меня своим дыханием.
Марта оказалась настоящей врушкой, ведь фотки в стиле «ню» на сегодня не закончились. Через полтора часа она отправила мне сексуальный снимок, снятый в моей постели, на котором она позировала обнаженной. Марта лежала на животе, слегка приподняв вверх красивую задницу и держала в руках бокал вина. Настоящая обманщица! Обещала же не начинать без меня!
Я хищно улыбнулся, крепче сжал руль и поехал домой намного быстрее, игнорируя камеры, фиксирующие превышение скорости.
Глава 13
Марта
Чтобы лишний раз не нервировать моего зануду, я написала извращенцу Иннокентию, что по вторникам и субботам вечерами занимаюсь в студии танцев, и больше старалась не выбиваться из графика. Хотя в остальные дни мне тоже было нечего делать, я обленилась и больше не охотилась. Только завела себе еще одного кавалера, занимающегося криптовалютой. Сначала я хотела оставить его на всякий случай, как запасной вариант, но Николай был относительно молод, а значит более настойчив, мариновать неделями его не выходило и я чувствовала, что он скоро сольется. Да и Бог с ним… Мой красноволосый юный тусовщик попал в рехаб, родители уложили малыша лечиться в клинику от наркозависимости и я совсем заскучала. Надвигающуюся встречу одноклассников я ждала с большим нетерпением. Во-первых, я прекрасно выгляжу и имею такие же дорогие одежки и украшения, как детки мажоров, с которыми я проучилась одиннадцать лет. Во-вторых, Марк так и не забрал красный мустанг, сказал, что это подарок, хотя я очень противилась, раскулачивать зануду мне никогда не входило в мои планы, все-таки мы друзья. Такая машина, это не просто куча денег на колесах, это непревзойденный стиль, которого у основной массы моих школьных приятелей не было.
Ресторан был выбран дорогой, я знала, что желающих пустить пыль в глаза и оплатить счет за всех присутствующих будет предостаточно, поэтому не парилась, что этот вечер ударит по моему карману. Ненавижу платить, даже если есть деньги, ведь это может сделать кто-нибудь другой.
Кстати, надо предупредить зануду, чтобы тоже не делал этого. Я взяла телефон и собиралась написать Марку, но текст вышел совсем не таким, как я планировала.
«Пожалуйста, не липни ко мне сегодня вечером, не хочу, чтобы пошли слухи»
Пока мне делали макияж и укладку, я вертела в руках мобильный, ожидая ответа.
«Могу вообще к тебе не подходить»
Вот зануда! Я недовольно цокнула и надула губу, слегка смазав только что нанесенную помаду. Марк всегда бросается из крайности в крайность. Как же меня это бесит!
«Если придет Антон Матвеев, не подходи))))»
Я улыбнулась. Знаю, малыш сейчас бесится. Если моих Борисов он еще как-то в состоянии пережить, то к красавчику Антону приревнует точно. И отлично! Чем насыщенней пройдет сегодняшняя пятница, тем горячей станет завтрашняя суббота.
***
Провал… Моя надежда пофлиртовать, чтобы побесить моего нудилу провалилась сразу же. Матвеев отшил меня в первые секунды, сообщив, что со дня на день женится на какой-то провинциальной певице. Видя, как Антон отсел от меня на другой край стола, Марк прямо прыснул от ехидства и злорадно захихикал.
Сегодня пришло на удивлении много людей, шестнадцать человек, из них только четыре мальчика. Исключив Матвеева и Ридигера, с невинным заигрыванием можно было попрощаться, ибо я никогда бы не согласилась строить глазки пухлой тумбочке Гольштейну или противному донельзя Семенову. За столом уныло красовалась я и еще одиннадцать расфуфыренных тигриц, победительниц по жизни. Они выглядели так похоже, будто их штопал один хирург: идеально ровные, как под копирку носы, пухлые, дутые губы, отекшие скулы, пушистые брови и большие силиконовые сиськи, как вишенки на торте. Только Складчикова сильно выделялась, естественной, не тронутой косметологией красотой.