Когда я пришел в себя, я был совершенно спокоен.
— Спасибо вам всем. Если бы не вы, из меня бы мог получиться монстр. И некому было бы меня остановить. Думаю, я уже полностью себя контролирую. Вы дали мне то, из-за чего стоит жить. И еще, я чувствую себя в силах посетить Великую Степь и навестить наших восьмилапых друзей.
Теплые цветные огоньки были мне ответом
— Ты с нами! — прошелестело в моем сознании.
Было уже раннее утро. Я прошел в другую комнату. На кровати, так же, как и раньше, сидел сжавшийся комочек из двух тел. Увидев меня, они вдруг рванулись ко мне и прижались с двух сторон.
— Не будь таким больше, пожалуйста! Нам было так страшно и так больно! Мы думали, что погибнем. Тебя ничто не могло остановить. Если бы не Сестры и Брат, между нами и тобой бы ничего не было. Они все отдали, чтобы тебя остановить. И ничего не могли сделать. Все подключились! И башня и Синяя. Все-все! И Дедушка-Хлыст!
Они вдвоем плакали навзрыд, высказывая общие для них мысли. И не могли остановиться.
— Мы и маму звали. И колдовать пытались. Ты просто рвал нас на части.
— Успокойтесь, все прошло. Я постараюсь себя контролировать. Слишком сильно во мне клокотала ярость. Если бы не вы все, я не знаю, что бы произошло. Хорошо, что я в вас вошел и хорошо, что вас было двое — одна бы не выдержала. Это позволило мне удержаться на краю. А если бы не команда и Звездочки, я бы не вернулся из того, где был.
— Мы тоже хотим Звездочки!
— Вам еще рано. Вам надо еще много учиться и стать лучшими. Будут вам еще Звездочки, когда придет время.
Они все еще плакали, прижимаясь ко мне. Постепенно плач затихал, и они успокаивались. От пережитого их начало клонить в сон и вот уже в меня упираются два глубоко спящих комочка. Я проверил их — никаких фатальных повреждений не было. Хорошо, что я успел их растянуть, и их организм в состоянии стресса сумел приспособиться.
— Полечите их души, пожалуйста, — попросил я Своих в башне. — Им, наверное, хуже всех пришлось, а мне пора в Университет. Война началась.
Глава 27. Университет, гостиница
Я отошел от спящих Зиты и Гиты и связался с ректором. Было раннее утро.
— Извините, не мог с Вами связаться в назначенное время.
— Ничего. Были такие возмущения Эргрегора, что никто из нас не мог и подумать, чтобы встать с постели. Хорошо, что сейчас все успокоилось. На эти два дня не то, что Университет, город вымер. Такого нет в наших записях.
— Ничего, все когда-то бывает в первый раз. Наша договоренность в силе?
— Думаю, да. Подходите часам к девяти утра. Думаю, раньше Ректорский совет не соберется, хотя я всем послала вызов к восьми тридцати.
Я набрал ванну, улегся в нее и два часа пускал маленькие волны, как когда-то Синяя.
В полдевятого я встал, оделся, проверил спящих воробышков. С ними все было хорошо, а вокруг их голов явно прослеживалась зеленая аура. Я вышел, по дороге нацепив дежурную ауру Петраркуса. Внизу меня встретил бледный Василис.
— Господин, в эти дни ничего не происходило, и никто не заходил. У всех так болела голова, что никто не мог встать с постели.
— Хорошо, что все прошло. Всем нездоровилось. В случае чего ты знаешь, что делать.
Что-то не давало мне покоя. Я, не снимая личины, вышел на заднее крыльцо. Ба! Вот оно. Недалеко в кустах притаился черный. Он был очень хорошо замаскирован. Я неторопливо подошел к кусту, за которым он сидел, достал маленький вялый пенис, принадлежавший моей личине, и помочился на куст. И на него тоже. А заодно и метку поставил. Потом повернулся к гостинице и заорал:
— Василис! Бегом сюда!
Он выскочил и, увидев, что я до сих пор в личине, сказал:
— Слушаю, господин Петраркус.
Молодец. Толковый мальчик!
— Почему мусор на заднем дворе! К нам приезжают важные персоны, а ты прохлаждаешься в подсобке, дармоед!
— Сейчас же велю подмести.
— И подстриги эти безобразные кусты! А то торчат, как волосня на манде проститутки!
— Будет исполнено.
— Вечером приду — проверю.
Он собирался зайти внутрь вслед за мной.
— И когда ты собираешься выполнять мое поручение?! — визгливо закричал я. — А ну немедленно секатор в руки и приводи все в порядок.
Пока он бегом метнулся в подсобку за секатором, я стоял на крыльце и задумчиво ковырял в носу — я совершенно не собирался облегчать черному задачку по скрытному покиданию места наблюдения. Ко мне подошел Василис и пока я придирчиво его осматривал, прошептал ему: