Потом я лег на нее. Потерся о нее, почувствовав своей грудью ее груди, а потом плавно вошел. Она действительно была потрясающе на меня настроена. Я только захотел, чтобы она кончила, и она затряслась в совершенно невероятном по силе оргазме, я захотел, чтобы она стала сжимать меня снизу и вдруг почувствовал, что мышцы ее влагалища, как маленький кулачок сжимают мой член, мне только захотелось войти в ее попку и она немедленно подняла ноги и ввела меня туда. При этом ее глаза не отрываясь смотрели в мои, и я чувствовал, до каких глубин она мне отдается. Мы не просто кончали, мы переливали друг в друга энергию, катая ее как конфетку-драже во рту от одной щеки к другой. Сколько прошло времени — я не знаю. Я всячески экспериментировал, желая совершить то одно, то другое и получая немедленный и абсолютно точный отклик. Наконец я захотел кончить и ее глаза приобрели совершенно непередаваемое выражение готовности/ожидания. Я вошел в ее щелку и начал кончать. Немедленно ее нижний «кулачок» стал выдаивать меня, при этом ее глаза вообще потеряли осмысленное выражение и ее затрясло в очередном оргазме. Когда я вышел из нее, мне захотелось, чтобы она почистила меня язычком, и она немедленно и со всем тщанием это сделала. Потом она прижалась ко мне.
— Хозяин, я поняла. Я не просто чувствовала Вас, я, наверно, немного стала Вами. Я очень точно знала, чего Вы хотите и немедленно хотела этого сама больше всего на свете.
— Давай оденемся и приберем оружие под плащи. Мало ли когда и где будут искать этого медведя.
После этого мы заснули. Под утро сработал сторжок. По лесу шли люди, перекликаясь друг с другом и стуча палками по деревьям. Фрика дернулась, но я просто накрыл нас маскхалатом с головой и продолжал лежать.
Через некоторое время сверху раздалось:
— Паран, проверь пещеру под камнем, я подержу ее на прицеле
— Сейчас
— А ты видел, как мишка этих поуродовал? Сына лорда только по кольцу на пальце узнали. А ты бы, если бы встретил этого медведя, что бы сделал?
— Не знаю. Деньги нужны, может и убил бы. А ты?
— А я бы отпустил. Видел, как они Мараську ссильничали и убили. Медведь бы чай нож в нее не воткнул бы.
— Согласен, хорошая девка была. Вон как отец ее убивается, хотя Лорд ему хорошо заплатит.
В этот момент у входа показалась фигура с факелом. Она нагнулась к пещере и посветила внутрь. Мы видели ее сквозь маскхалат.
— Неее, чисто все, уходим.
— Хорошо. Пойдем. А хорошо бы, чтобы этого мишку не нашли. Кстати избуху подпалили уже?
— Да, еще когда я там был. Лорд сказал, что объявят будто они сгорели. Таких как сейчас, их и в гроб-то не положишь. А так можно будет и не открывать…
Разговор медленно угасал вдали.
— Вы доброе дело сделали, Хозяин, таких как эти, убивать надо
— Что мы и сделали. У меня другой вопрос — нарисуй мне где тебе состав на голову наносить.
Она немедленно метнулась к воде, посмотреть на свое отражение. Потом опалила в руках палочку и стала наносить линии на голову и лицо. Брови и ресницы получились легко, а вот с линией волос пришлось сложнее
— Ты только лоб и виски нанеси. Сзади я сам.
Она с сомнением на меня посмотрела. Ну согласен, мужик, что сделаешь. Потом мы выточили несколько палочек лопатками разной толщины. Одну для ресниц, одну для бровей, и она достала какую-то тряпку, с помощью которой надо было обмазывать голову. Кажется, не пожалела запасных трусов.
— Усы делать будем?
Она сердито толкнула меня, а потом сама до-смерти испугалась своей реакции
— Простите, Хозяин! Я просто представила…
— Я тоже, хихикнул я. Ладно давай ложись для начала. Ресницы и брови так делать удобнее.
Она нагрела в кружке воды, и я капнул туда 2 капли состава. Вода немедленно потемнела и вспенилась. Когда пена осела, она легла и закрыла глаза. Я сделал несколько медитативных упражнений, чтобы не дрожали руки. Все-таки одно дело воевать с Мастером Голтусом, а другое рисовать лицо Женщины.
Когда я стал наносить сосав, я вдруг понял, что он сработает. При чем я смогу его немного контролировать. По крайней мере цвет и длину. Когда я провел им, то на коже осталась темная полоска, а Фрика дернулась:
— Очень щиплет!
Я снял болевой синдром. Аккуратнейшим образом я сделал брови и ресницы, потом провел линию границы волос. Затем стало немного проще — я обмакнул тряпочку и покрасил всю остальную голову. Остаток раствора вылил в ручей.
— Лежи, я еду принесу.
Я побродил по лесу часа два — после облавы зверей не наблюдалось. Потом почувствовал, что в норе спит бурундук. Я достал стрелу, сунул ее в нору и заколол его, достал и понес к пещере. В этот момент я услышал, что загонщики возвращаются и быстро залез на дерево. Снизу группами шли мужики