Это странное, нелепое и совершенно бесполезное существо ему подарил много лет назад его самый дорогой клиент — (в прямом смысле, именно он отдал самые большие деньги за сохранность своей информации вне своей компании) Кай Логов. Кай всегда любил больше заниматься геномом животных, млекопитающих и рептилий, раньше он экспериментировал только с ними, однако, позже перешел на скрещивание геномов людей и животных. Он брал ген животного и вживлял его в ген человека, собственно, тем и занимался его отец. Они оба пытались не просто вживить ген, но и развить его до невозможного, создать своего рода, оружие массового поражения, которое не так уж и легко было бы вывести из строя.
После того, как Кай узнал, что директор БИТ — Катсу Сато питает слабость к рептилиям, он создал это существо, которое назвал «крокей». Это существо содержит в себе ген крокодила, хамелеона, саламандры и Австралийской плащеносной ящерицы (откуда, собственно, он у нее и появился яркий воротник).
Катсу пришелся по душе такой необычный подарок. Он приказал построить для своего питомца домик, Кай рассказал, что он любит влагу, поэтому куб снабдили контролером влажности, если влажность воздуха будет меньше нормы, то автоматически включается полив комнаты. Крокея любит есть мясо грызунов, служанка, приходящая убираться, когда нет хозяина, кормит его питомца утром, а вечером хозяин лично предпочитает навещать своего любимца.
Сато отодвинул полупрозрачный ящик в стене и вытащил тушку мертвой крысе. Он протянул его крокее, и тот с удовольствием принят еду, взяв ее в пасть и зажав острыми зубами. Крокей украдкой взглянул на своего хозяина, одетого в бордовую рубашку, и тут же поменял свой окрас на тот же цвет, все еще держа добычу в пасти.
Раздался телефонный звонок в кармане у Сато, и крокей уполз обратно туда, откуда появился. Катсу вышел из «ледяного куда» и взял трубку.
— Здравствуйте, господин президент. Чем могу помочь? — С энтузиазмом спросил он, будто разговаривал со старым другом.
Сато терпеливо выслушал своего собеседника, а потом ответил:
— Да, вы верно все поняли, но вы знаете мое кредо. Я не сдам своего клиента, президент, что стоял во главе государства до вас проявил мудрость, подписав документ, дарующий мне свободу.
Президент повысил голос, стал что-то бормотать, казалось, он был на гране нервного срыва.
— Если что-то нужно сохранить, я к вашим услугами…
Снова собеседник что-то попытался сказать, однако, ответ Сато был все тем же.
— Всего доброго.
Президент все еще что-то очень эмоционально что-то говорил, однако, Сато уже повесил трубку. Он направился по красной дорожке обратно в дом, ехидно улыбаясь, он думал о своем.
«Никто не встанет между мной и моим бессмертием! Я выбрал сторону, и ей стал ум и власть!»
Глава 35
Здесь так темно, словно она зажмурила глаза. Но Лекса протерла веки руками, попыталась часто моргать, надеясь, что к ней вернется зрение. Она совершенно ничего не видела, но слышала, как шуршат волны океана. Этот звук ни с чем не спутаешь то, как плещет вода в океане, она знала хорошо.
Лекса попыталась восстановить в памяти произошедшее накануне. Офис БИТ, та странная комната, кресла, зеленый дым… Девушка не понимала, где она находится, ей хотелось найти хоть какой-нибудь источник света, но у нее не было ничего, все осталось в рюкзаке, который она оставила у кресла.
На свой страх и риск, она попыталась сделать шажок вперед, прежде она выставила левую руку вбок, а правую вперед. Левая рука задела что-то мягкое и теплое. Она провела вниз ладонью по теплой линии, пока не дошла до какого-то разветвления.
«Это рука!»
Она скрестила ладонь замочком, и ей ответили тем же жестом. Ей стало немного спокойнее, хотя, она и не представляла, кто рядом с ней. Она решила, что раз ей ответили на ее жест, значит, тот, кто рядом, настроен не враждебно. Милтон хотела спросить у своего молчаливого соседа, кто он и что они здесь делают, но у нее лишь получалось открыть рот, и не было ни единого звука.
Она убедилась, что крепко стоит на ногах (пол твердый, не шатается и не проваливается).
«Что ж, это немного успокаивает. Главное — не делать резких движений, а то мало ли, что впереди!»