– Номер пятьдесят три или пятьдесят четыре?
– Пятьдесят четыре, – вежливо отвечаю я.
Улыбка не сходит с моего лица на протяжении всей поездки, и я уже в предвкушении моей студенческой жизни.
Так как я приехала за десять дней до начала учёбы, у меня достаточно времени для адаптации и моральной подготовки. Жду не дождусь, когда повидаюсь с двоюродным братом и тётей, которые проживают в Лондоне уже на протяжении многих лет.
Им не известно, что я приехала. Я с трудом уговорила маму не проговориться, что я прилетаю раньше, чтобы сделать им сюрприз. По правде говоря, я ещё не придумала, как появлюсь перед ними, но, думаю, скорее всего, просто приду к гостинице, где работает тётя, и встречу её по завершении её рабочего дня. Лучше всего, конечно, было бы заглянуть неожиданно к ней в гости, но она недавно переехала, а если я попрошу адрес, то это будет слишком очевидно.
– Мисс? – Водитель возвращает меня в реальность.
Я перевожу полный непонимания взгляд на него и вскидываю бровь, задавая немой вопрос «что?».
– Мы приехали по вашему адресу, – уже более настойчиво проговаривает мужчина.
Я резко подрываюсь с места и вскрикиваю, ударившись головой. Обеими руками хватаюсь за неё, как будто это облегчит боль.
Ну что за идиотка?
– Извините... – прошипела я, протирая внутренней стороной ладони свой затылок, – сколько с меня?
Он бросает взгляд на счётчик и что-то мычит себе под нос.
– С вас сорок пять фунтов, мисс.
Я нервно закивала и протянула ему необходимое количество купюр.
Мужчина оставляет мои вещи возле меня, в то время как я, раскрыв рот, смотрю на здание кремового цвета с зелёными вертикальными и сиреневыми горизонтальными линиями. Признаюсь, что не в восторге от дизайна, но это, скорее всего, дело вкуса. Пробегаюсь глазами по двору перед общежитием и улыбаюсь клумбе с цветами.
Миленько.
Наконец, собравшись духом, я совершаю глубокий вдох, впиваюсь пальцами в свои вещи и двигаюсь вперёд.
Напряжение накрывает меня с ног до головы.
Мои шаги очень неуверенные, но я рада, что вообще смогла сдвинуться с места.
Зайдя внутрь, обращаю внимание на уютную прихожую с журнальным столиком, двумя большими диванами и телевизором на стене. Стены украшены картинами и фотографиями. С левой стороны от входа находится лифт.
Какое облегчение!
Если вдруг меня заселят на этаж выше второго, мне не придётся тащить сумки. Пройдя немного вперёд, обращаю внимание на дверь с левой стороны, на которой написано «Dormitory commandant».
Я стучусь в неё и неуверенно приоткрываю дверь.
За столом сидит женщина бальзаковского возраста с тёмными кудрявыми волосами. Она переводит взгляд на меня, и напряжение слегка улетучивается, когда на лице женщины появляется улыбка. Я представляюсь ей и протягиваю документ. Она пробивает меня по базе, в то время как я, ни минуты не теряя, осматриваюсь вокруг.
Комната достаточно большая для комфортного нахождения одного человека. Стены и потолок белоснежно белые, что немного отпугивает меня, но интерьер придаёт уют. В углу комнаты расположен овальный деревянный столик и мягкое кресло с вельветовым покрытием. В углу комнаты небольшой кухонный гарнитур, а в центре – компьютерный стол, за которым сидит женщина. На подоконнике широкого окна расположены цветы в горшочках.
Женщина протягивает мне договор на подпись, а затем я получаю пропуск в общежитие.
– Следуй за мной, я покажу тебе твою комнату, – говорит она.
Я хватаю чемоданы и иду за ней. Она резко останавливается возле лифта, и я мысленно чертыхаюсь. Едва не врезалась в неё, так как следовала экстремально близко.
– Ты будешь жить на пятом этаже, в пятьсот седьмой комнате, – говорит она, и я киваю.
Мы поднимаемся на лифте на пятый этаж и шагаем по сравнительно узкому коридору, стены которого начинают мне нравиться. Персиковый оттенок симпатизирует мне больше, чем кремовый с необъяснимыми вертикальными и горизонтальными линиями.
– Комендантский час в полночь. Двери блокируются, и войти больше не будет возможности. В комнатах не разрешается распивать алкогольные напитки и употреблять табачные изделия. Девушки живут на четвёртом и пятом этажах, третий и второй – для парней. На первом второкурсники. Присутствие мужчин после комендантского часа запрещено.
Я автоматически киваю, вслушиваясь в каждое слово, сказанное грозной интонацией.
Остановившись возле дубовой двери, комендант общежития вставляет ключ в замочную скважину, но не поворачивает его. Она переводит взгляд на меня и особенно медленно проговаривает последующие слова, выделяя каждое слово отдельно.