На следующий день Вероника с Кайлой составили мне компанию. Мы прогулялись по Лондону, а в завершении поужинали в кафе.
Рада, что являюсь общительным человеком и с лёгкостью нахожу общий язык.
Появление приятельниц очень радует, особенно на новом месте, ведь я вдали от родных и привычной обстановки. Особенно непривычно общаться исключительно на английском языке, когда всю жизнь разговаривала на русском и эстонском, но, думаю, я быстро привыкну.
***
В первый учебный день я проснулась раньше своего будильника и поспешила принять душ.
За двадцать минут до начала первого занятия я разместилась на первых рядах в аудитории. Кайла и Ника зазывали меня на последний ряд, но я отказалась. В конечном итоге, за пару минут до начала пары девочки подсели ко мне.
В кабинет заходит сравнительно полная женщина в чёрной хламиде, и все вдруг прекращают общаться. Кажется, никто даже не дышит.
Что вдруг вызвало такую реакцию у однокурсников?
Я слегка тыкаю локтем Веронику в бок.
– Кто она? Почему все так реагируют? – максимально тихо шепчу я.
Стараюсь не отводить взгляд с этой женщины. Она медленно направляется к столу и облокачивается о него, останавливаясь перед всеми.
Все, кто изначально сели на ряды дальше десятого, вдруг переместились на первые, вторые и третьи.
Вероника удивлённо начинает смотреть на меня, и я уже успеваю пожалеть, что задалась этим вопросом.
Её взгляд будто кричит: «Ты что, с Луны свалилась? Как можно не знать, кто это?»
Как будто это базовая информация, которая доступна всем жителям этой планеты.
Она несколько секунд молчит, как бы убеждаясь в степени серьёзности моего вопроса, а затем начинает.
– Что? Ну как же, эта женщина и есть мода. Она одна из самых знаменитых персон в мире моды. Это – Луис Уилсон. Она была учителем Александра Маккуина. Работала по всему миру, дружит с семьёй Бекхэм, Миуччией Прада и работала с Диор и многими другими. Она легенда моды, – закончив свой восторженный рассказ об этой женщине, Вероника ожидает моей реакции.
Не оправдывая её ожиданий, произношу лишь восторженное слово, не догадываясь, что смогу произнести его в такой ситуации.
– Ого.
Ощущаю, как мои щёки начинают гореть и чувство стыда подкрадывается ко мне незаметно. Я знала, что преподаватели здесь – специалисты своего дела, но я не углублялась в их биографию.
После часового вступления Луис произвела на меня очень сильное впечатление. Сразу ясно, что с ней будет сложно и на уступки она не пойдёт ни при каких условиях.
Профессор, осматривая всех осуждающим взглядом, тяжело выдыхает.
– Я вас не знаю, но вы знаете меня. Вам ещё не известно, на что я способна. Я не собираюсь бегать за вами. Учиться или не учиться – это лишь ваш выбор. Ведь это нужно вам, а не мне. Вы должны быть готовы к тому, чтобы выслушать критику, получить совет, быть оскорблённым, как вам покажется на момент моего высказывания. Нужно будет переделывать работу по десять, а то и больше раз, чтобы достичь желаемого результата. Вы будете идти по головам других, работать по пятнадцать часов, то вам здесь делать нечего! Если вы не уверены в себе, то я не смогу быть уверена в вас, так что если думаете, что не сможете выдержать нагрузку, то, пожалуйста, не тратьте своё и моё время. Уйдите сейчас!
Я пребываю в лёгком шоке от её пламенной речи и представить не могу, за что она нас уже невзлюбила. Учитель должен вдохновлять, а не втаптывать в землю. Я видела, как учителя унижают студентов в моей прошлой школе. Такое случалось по отношению к моим однокурсникам. Не представляю, что чувствуют студенты в момент, когда им говорят, что они ни на что не способны и должны искать другое занятие.
Я осматриваю своих однокурсников, и моё сердце останавливается. Две девушки встают со своих мест и направляются в сторону дверей. Я вижу слёзы в глазах одной из них и понимаю, что для них это конец.
Теперь нас пятьдесят восемь.
Понятия не имею, что меня ждёт дальше, но мне становится страшно. Я не знаю, чего ожидать от этого университета и Луис.
Во мне что-то пошатнулось.
Остаток дня профессор осматривала папки с работами каждого студента. Мы разложили их на столе и молча наблюдали за ней.