– Ещё раз попробуешь вытворить что-то подобное, тебе не поздоровится! Разве обычно не дети занимаются таким? – ворчу я.
– В глубине каждого взрослого - прячется ребёнок. – Сделав реверанс, она показывает мне язык. – Признайся, тебе же было весело!
Её выражение лица становится очень милым. Даже не припоминаю, чтобы видел её такой раньше.
– Вовсе нет!– ворчу я, зная, что это не так.
Я не могу признаться, что мне понравилось это только потому, что мы делали это вместе.
— Да и вообще, вести себя так мило!
– А то что? – вызывающе спрашивает она.
– А то я сделаю кое-что плохое с тобой...
Она встаёт напротив меня, а я опускаю взгляд на неё. На каблуках она была выше, а теперь мне снова нужно привыкать, что она ниже меня на голову.
– Не такое уж это и плохое... – протягивает она, закусывая губу.—... так что запугать меня не удалось!
Она обнимает меня за шею и снимает мои очки. Эрин направляет свои карамельные глаза на меня, и я вижу в них своё отражение.
– Я скучала по этому.
– Неужели?
С каких пор она так открыто говорит о своих желаниях?
– Не проблема, устроим! – Я обнимаю её за талию и одним пальцем, зацепив футболку, задираю край.
Она заражается смехом.
– Дур-ак! Я про твои глаза, а не про это. Я скучала по тому, как ты смотришь на меня! – смеётся она.
Да. Всё ещё смущается.
Она склоняет голову то вправо, то влево, и дурачиться.
– А как я смотрю на тебя? – интересуюсь я.
– Вот так...– Она вдумчиво щурится. —... Пытаясь понять, что у меня происходит в голове. Ты желаешь проникнуть ко мне в душу, но у тебя не получается, и от этого ты бесишься.
Моё лицо становится серьёзным.
– У тебя невероятно мудрый взгляд, и сам ты очень начитан, но вдруг появляюсь я, и ты ставишь под сомнения то, во что так яростно верил до этого.
***
– Наверное, поэтому у меня так резко сменился круг общения. Время шло, а я всё больше осознавала, что держаться за людей, которые плюют в душу... бесполезно. К тому же, один умник однажды сказал мне, что я должна перестать цепляться за людей, которым на меня плевать.– говорит Эрин, припоминая наш разговор во второй день знакомства в Нью-Йорке.
Она спрыгивает с шины, встроенной в каучуковое покрытие детской площадки, и указывает в сторону качелей в противоположной стороне площадки.
– Я поняла, что ждать чего-либо от людей в жизни это - гиблое дело, разве что эти люди и не является всей твоей жизнью.
Она переводит взгляд на меня.
– Что насчёт тебя? Что случилось с тобой?
Я глубоко вздыхаю и размышляющим взглядом смотрю вдаль.
Душевные разговоры с Эрин на детской площадке заставили погрузиться в то море мыслей, из которого я совсем недавно только вынырнул. Она умеет к себе расположить. Расположить настолько, что я нахожу в самом себе желание озвучить мысли, которые никогда раньше не осмеливался вынести за пределы своего разума.
– Осознание многих вещей приходит вообще редко, да и вовсе не ко всем оно приходит, понимаешь? Люди подвержены переменам настолько, что каждый день можно обнаружить в одном и том же человеке что-нибудь новое...
Насколько же легко оказалось говорить с ней о вещах, которые живут в моей голове уже на протяжении многих лет.
– Теперь мне понятно...— она хитро улыбается.
– Что?
– Мистер Дарси.– тихо говорит она, делая паузу.— Моё удивление окончательно испарилось.
Закусив губу, я испепеляю её взглядом.
Она не просто так упомянула главного героя романа «Гордость и предубеждение». Я процитировал слова Дарси касаемо восприятия непостоянных людей и, сам того не ожидая, онемел после того, как она меня раскусила.
– Не смотри на меня так. Я читала «Гордость и предубеждение» два раза, и было бы странно, если бы я не узнала одну из моих любимых фраз, которые Дарси когда-либо произносил. Самые блестящие фразы из романа у меня записаны на отдельном листочке.– словно прочитав мои мысли, отвечает Эрин.
Когда небо затянуло тьмой и над нами появились, так называемые, звёзды, мы осознали, что день подошёл к концу.
– Как опознать во всей этой каше из светлячков настоящие звёзды? – спрашивает Эрин, и я бросаю мимолётный взгляд на неё, а затем снова на небо.
– Сам задавался этим вопросом. За последние два года было запущено более трёх тысяч спутников, которые люди ошибочно принимают за звёзды. Даже не все телескопы в силах отличить звёзды от спутников.
Я правда задумывался над этим вопросом, но не все вещи в этом мире объяснимы.
Направляясь к дому Эрин, я внимательно слушал, что она говорит. Поразительно, как человек может так заинтересовать собеседника. Что уж там, не обычного собеседника, а меня. Обычно мне абсолютно плевать, что говорят девушки, ведь ничего нового от них я никогда не узнаю.