– Тима сказал, что... ам-м, ты больше не тренируешь, – начинаю я, и отец подхватывает разговор.
– Да, – кряхтит он, – я сначала возглавил сборную ЦСКА, а после мне предложили работу в Министерстве спорта.
– Никогда бы не подумал, что ты будешь работать в Министерстве, – фыркаю я.
– Я тоже, но так получилось.
– Ну да, так получилось, – я отвожу взгляд, размышляя над его словами.
Я не знаю, что произошло на самом деле, но с трудом верю в то, что это произошло на хорошей ноте. Тут явно есть что-то ещё.
– А ты... как вообще? – спрашивает он.
Не видел своего сына пять лет и вдруг спрашиваешь «А ты как вообще?». Звание «лучший отец года» по праву переходит тебе.
– А тебе как будто не известно, – язвлю я, удивляясь его двуличию.
Глава 62
Отец пристально смотрит на меня, словно не понимает, о чём я говорю.
– Я знаю, что ты общался с Вадимом. – Я теряю терпение. – Так что тебе известно абсолютно всё обо мне.
Напряжение в лице отца возрастает до небес.
– Я лишь хотел знать, что у тебя всё хорошо, – говорит он и протирает ладони друг о друга.
– Ну и как, узнал? – фыркаю я. – Обычно, когда родители заинтересованы в происходящем в жизни их ребёнка, они не отвергают их и не игнорируют звонки и сообщения! Это так, на заметку, если тебе ничего не известно о воспитании ребёнка и поддержке своего же члена семьи!
Чувствую, как ярость по отношению к этому человеку возрастает и наполняет меня до кончиков пальцев.
– Я не мог удержать тебя, поэтому отпустил!
– Не мог удержать? Я никуда не собирался уходить! Ты мог быть со мной, но ты решил отказаться от меня!
Может, он ещё считает, что поступил правильно?
– Я думал, ты вернёшься, когда поймёшь, что поступил неправильно! – Вены на его шее начинают становиться выпуклее, и лицо заливается нежно-розовым оттенком.
– Неправильно, потому что это было не то, что хотел ты? – фыркаю я.
Я не могу больше сидеть на этом чёртовом стуле и не могу больше находиться в этой комнате.
– Нет, потому что у тебя был другой путь! – злится он, но, кажется, не на меня, а на самого себя.
– И какой же? Твой путь? – Глаза отца расширяются от удивления. – Я лишь хотел, чтобы ты мной гордился, но не потому что я делаю то, что делал ты, а потому что я твой сын. Твоя кровь, чёрт возьми!
Я не даю отцу сказать ни слова и продолжаю.
– Ещё несколько дней назад я думал, что начал тебя понимать спустя все эти годы, но, приехав и услышав то, что ты так и остался при своём, я понял, что ошибся. Ты как был эгоистом, так и остался им! И я не хочу быть таким же, как ты!
– Это я-то эгоист? Я тебя вырастил, воспитал, а чем отплатил мне ты? – кричит отец в ответ.
Меня пробивает на смех.
Неужели он правда так считает?
– Тебе самому-то не смешно? Ты избегал общения со мной до пяти лет. Я стал играть в футбол, чтобы хоть как-то заполучить твоё внимание! Я уговорил дедушку отвести меня в футбольную школу, и только потом, когда я уже играл и у меня стало что-то получаться, ты вспомнил о моём существовании! А когда я пришёл к тебе с просьбой помочь справиться с хулиганами в школе, которые избивали меня, что ты сказал?
Я пристально смотрю ему в глаза, и отвращение к нему сдавливает грудь.
– Ты помнишь, что сказал? Ты велел мне не мешать тебе, ведь у тебя были дела поважнее, чем защитить или хотя бы что-то посоветовать своему же сыну! Да какой же ты отец? Принял меня только после того, как я стал показывать хорошие результаты в футболе. Я чертовски сильно нуждался в твоём внимании! Мы с тобой, кроме футбола, ни о чём другом и не говорили! Я даже не понимал, что общение между отцом и сыном должно быть другим! Я не знал, какими отношения между отцом и сыном должны быть вообще! – Я срываюсь.
Мне казалось, что шрам на сердце уже давно затянулся, но, кажется, всё это время боль просто была заклеена музыкой. Это помогало отвлечься от боли. Сейчас сердце обливается кровью и оно готово взорваться.
– Чем я заслужил такое отношение? Я виноват в том, что родился? Может, в том, что имею свою голову на плечах и сам пришёл к тому, что ближе моему сердцу? Что я сделал не так? – В голосе появилось отчаяние, и я ненавижу себя за то, что позволил отцу увидеть меня в воронке эмоций.
– Марк...
– Я занимался тем, чем ты хотел, чтобы я занимался! Я выигрывал для того, чтобы получить похвалу от тебя, получить объятие и поздравление! После того как я понял, что не могу больше делать то, что не доставляет мне удовольствие, я делал это через силу! Я делал это ради общения с тобой, но меня не хватило надолго. Ну не мог я больше так жить. Я хотел другого, понимаешь? Я хотел делать то, что доставляло бы и мне удовольствие, а не только тебе. Неужели это неправильно?