Я с большим удовольствием стала уплетать за обе щеки еду, которую Марк заказал, совершенно позабыв о произошедшем. Вернее, нет, я бы не могла такое забыть, но прекратить думать об этом мне удалось.
– Наелась? – спрашивает Марк в ту же секунду, когда я с улыбкой на лице разваливаюсь звёздочкой на кровати.
– Было очень вку-усно, – мурлычу я, поглаживая ладонью живот сквозь одеяло, – спасибо!
Пролежав некоторое время на кровати, я ощутила знакомую усталость. Это странно, ведь я совсем недавно проснулась.
Здесь так спокойно и комфортно.
Я вдруг ощущаю ладонь на своём лбу: грубая кожа, доставляющая приятные ощущения, нежно поглаживает мои волосы. Не поднимаю веки, боясь, что Марк прекратит гладить меня по голове, как только я открою глаза.
Почему моё сердце так бьётся, стоит ему только прикоснуться или оказаться рядом со мной? Я так старалась отвергнуть даже дольку мысли о нём и старалась отторгнуть свои желания и чувства, что сейчас я чувствую такое изнеможение от сражений с самой собой. Я просто хочу на мгновение остановить время и насладиться тем, чего так долго не принимала.
Я вдруг прекращаю ощущать его тепло и резко открываю глаза, встречаясь взглядом с зеленоглазым блондином.
Мой взгляд плавно переходит на его волосы. Ему определённо не помешала бы стрижка, иначе совсем оброс.
– Извини, я... подумал, что ты заснула, – говорит он.
– Можешь... продолжить, если хочешь, – я стараюсь не разрывать зрительного контакта с парнем, который заставляет моё сердце трепетать.
Марк неуверенно снова кладёт ладонь на мою голову, и я закрываю глаза. Он накручивает мои пряди волос на пальцы, и я бесшумно вздыхаю. Мне очень нравится, когда трогают мои волосы.
Блаженство.
– Спасибо тебе, – улыбаюсь я, повернув голову и взглянув на Марка, лежащего рядом.
Его голова опирается о ладонь, держась на локте, а второй рукой он продолжает гладить меня.
– Спасибо, что оказался рядом, когда это было необходимо, – завершаю я.
– Теперь я даже не знаю, как оставить тебя и не волноваться о том, что с тобой может что-то произойти.
Взгляд, которым он пронзает меня, очень добрый, но в то же время грустный. Именно так смотрят на вещи и людей, которыми хочется обладать, но нет возможности.
Думаю, я начинаю осознавать, как сильно мне не хватало его взгляда и присутствия.
– Тогда не оставляй, – шепчу я, переворачиваясь на бок.
Я облокачиваюсь о ладонь и опираюсь о кровать локтем, оказываюсь в таком же положении, как и Марк
– Чем ты занимался в последнее время? – интересуюсь я.
На лице Марка появляется знакомая улыбка.
– Я был в Москве, общался с... – он затрудняется ответить, – Максимом, Наташей и Тимой.
Он проводит рукой по волосам и тяжело вздыхает.
Возможно, не стоило спрашивать его об этом.
– Твоих родителей зовут Наталья и Максим? – спрашиваю я, внимательно наблюдая за его выражением лица.
Он малозаметно кивает и переводит взгляд на мои пальцы, которыми я вырисовываю узоры на кровати.
– Чем вы занимались? – продолжаю я, внимательно изучая, как он реагирует на вопросы.
Не хочу давить на него, но мне не хочется, чтобы он держал всё в себе. Зная его характер, понимаю, что он до последнего будет копить в себе все переживания, а если его не подбодрить, то он и не расскажет ничего.
Марк постепенно рассказывает о том, что провёл в доме родителей почти целую неделю, но так и не смог остаться там на ночь. Сначала было неловко. Все напрягались, особенно за совместными трапезами на кухне. Он старался общаться с ними, но так и не осмелился назвать родителей иначе, кроме как по имени. В то же время он с искорками в глазах и теплотой в голосе рассказывал о своём брате. У Марка острая необходимость в общении с ним. Внутри меня всё начинает сжиматься, когда он упоминает о том, что боится, что брат может пройти через то же самое, через что когда-то прошёл он сам.
Марк не верит, вернее, не хочет верить в то, что отец понял все свои ошибки и не попробует отыграться за непослушание старшего сына на младшем.
Марк дал опровержение слухам о его наркотическом прошлом. Моё сердце словно остановилось, когда он рассказал о том, что он употреблял эти вещества, но никакой связи с концертом в роковой день не было. Он был подавлен после того случая, и его бывший менеджер решил надавить на больное, оболгав Марка перед СМИ. В то время, когда Марк разговаривал с психологом и восстанавливал своё душевное здоровье и слух, Вадим сказал, что Марк якобы находился в клинике, где проходил лечение от наркотической зависимости.