— Больше всего на свете,— шепчет он.
— Тогда я буду!— я целую его, и ощущаю тепло на душе.
Вдруг понимаю, что до встречи с Алексом остался всего час, я стала собираться быстрее. Надеваю чёрный топик на тонких бретельках, натягиваю колготки и объёмный пиджак, который, скорее, похож на платье. Дополняю образ, застегнув на талии широкий чёрный ремень, затем поправляю волосы, и предстаю перед Марком.
— Не хочешь в штанах и джемпере пойти?— его лицо кривится, и я выпучиваю глаза.
— А что не так? Я что, плохо выгляжу? Я давно хотела надеть это куда-то,— осматриваю рукава пиджака, и разворачиваюсь к зеркалу.
Мне нравится, как я выгляжу. Да, возможно, мрачновато, но я люблю чёрный цвет. Он всегда элегантно смотрится, поэтому я в недоумении, почему Марк так реагирует.
— Ты шутишь? Выглядишь потрясающе, но ты ведь идёшь встречаться с Алексом, а такое ощущение, что это не просто встреча.
— Смешно!— подхожу ближе к Марку,— мне просто хочется хорошо выглядеть, ведь у меня отличное настроение...благодаря кое-кому.
Марк тянется руками ко мне, и я присаживаюсь к нему на колени, и приобнимаю за шею.
Губы Марка вздрагивают в полуулыбке, и я тыкаю пальцами в его ямочки, от чего он нежно смеётся.
— Ну, так что? Чем займёшься в моё отсутствие?— интересуюсь я, бросая секундный взгляд на настенные часы над кроватью.
— Буду думать об этих чертовски сексуальных ногах в колготках,— Марк закусывает губу, и я смеюсь.
Кажется, я уже успела соскучиться по его пошлым высказываниям.
— А, если серьёзно?— мне не хочется оставлять его, но меня успокаивает мысль о том, что мы сегодня ещё встретимся.
— А если серьёзно, то разблокирую одного человека, и, возможно, свяжусь с ним.
— Кого? Ты... заблокировал номер отца?— застываю я.
Марк отводит взгляд, и мои глаза округляются.
— Давай мы не будем начинать...
— Что не будем начинать? Ты правда заблокировал номер папы? Ты ведь говорил, что всё наладилось или ты мне опять солгал?— я сжимаю зубы, и моё сердцебиение ускоряет ритм.
Поверить не могу, что мы снова возвращаемся ко лжи.
— Нет же, всё не так,— оттягивает он, и я встаю с его колена. Он пытается меня удержать, но я убираю его руку.
— Тогда, почему ты заблокировал его номер, если всё хорошо?— я становлюсь серьёзной, и складываю руки на груди.
— Не знаю...
Он опускает взгляд на пол, и я начинаю сердиться. Он снова не договаривает; и снова меня обманывает.
— Что между вами произошло?
— Ничего, поверь! Я...я не знаю, зачем заблокировал его,— хаотично говорит он,— может, привычка? Хрен его знает.
— Нет, Марк, твоя привычка это лгать!
— Я просто не хотел тебе говорить. Я сам со всем разберусь!
— Я для тебя пустое место? Ты говоришь, что хочешь быть со мной, но разделяешь свои проблемы от моих? Так не делается! Если мы вместе, то не скрываем ничего друг от друга, и, уж тем более, не врём друг другу!
— Нет, детка, прости, это не так! Я не хотел, чтобы ты волновалась. Мне просто нужно время.
Его нервный голос меня будоражит. Он определённо о чём-то переживает, и это очень важно для него.
— Время для чего? — спрашиваю я,— нет, не отвечай! Мы ещё вернёмся к этому разговору.
Я перекидываю сумочку на серебренной цепочке через плечо, и кладу в неё телефон.
— У меня встреча с Алексом. Поговорим вечером.
Я выхожу из комнаты, и обуваюсь. Чувствую присутствие Марка у себя за спиной, но на раздражение у меня нет времени.
— Эрин...— начинает он, но я игнорирую его, и хватаю ключи с полки.
Марк выдёргивает у меня из рук связку ключей, и я ошарашено смотрю на него.
– Прости, не злись. Просто выслушай меня.
— Я не злюсь,— я злюсь на него, и очень сильно, но у меня правда нет времени для выяснения отношений, ибо я опаздываю,— правда. Давай вечером поговорим и ты мне обо всём расскажешь?
Я сдерживаю в себе крики, и желание выслушать его. Хочу понять, что же случилось пока он был в России, но в то же время, я хочу уйти отсюда. Мне хочется поговорить о чём-то другом. Поговорить спокойно, без криков, что самое важное, поговорить с кем угодно, но не с Марком.
Мне нужно остыть и успокоиться.
— Вечером...— вздыхает он, и проводит рукой по волосам,— во сколько?
— Я напишу тебе, как освобожусь. А ты... разблокируй номер отца, и поговори с ним, как и собирался. Потом обо всём расскажешь,— пытаюсь сохранять спокойствие, и вытягиваю ладонь перед собой.
Он смотрит на мою ладонь, и медленно кладёт в неё ключи. Ощущаю соприкосновение с горячим металлом: Марк, должно быть, сильно сжимал их в руке.
Он незаметно кивает, и я выдыхаю, когда открываю входную дверь: мы выходим на свежий воздух. Тёплый и приятный ветер обдувает мои локоны, и отбрасывает их назад.