Всегда желал узнать, чем занята голова этой прекрасной женщины и, когда я стал получать желаемое, мне стало хотеться большего. Я стал сгорать от желания, от желания заполнить её голову мыслями лишь о себе и желанием подчинить её.
Мы оба стали сгорать от этого желания.
Она словно искра, которая светит ярко даже во тьме, а я, всё покрывающая ночью, мгла.
Её движения всегда грациозны. Мои агрессивны. Мы стали бороться друг с другом, желая друг друга даже не любить, а уничтожить. Нашу битву всегда сопровождали крики, а после, в словесной баталии, наши языки сплетались в узел, подобно змеям, в горячем и диком поцелуе. Она горит в моих руках, а я питаю ею свою усталую душу.
— Тебе не нравится твой портрет?— мягким голоском спрашивает Эрин, округляя обворожительные глаза и хлопая пушистыми ресницами.
Я смотрю на картину, и мой взгляд останавливается на зелёных глазах.
— Неужели это я?
— Нет, конечно! Решила нарисовать портрет соседа и подарить его тебе,— серьёзная интонация Эрин заставляет меня напрячь лоб и резко взглянуть на неё.
Она хохочет.
— Красивый однако сосед,— ухмыляюсь я.
Эрин смотрит на картину и театрально трёт воображаемую бороду двумя пальцами. Её губы сжаты в трубочку, а лоб напряжён, в раздумьях.
— Ну такое... не цепляет!— выпаливает она, делая незаинтересованное выражение лица и жестикулируя пальцами над картиной.
Я усмехаюсь.
— Не цепляет значит?— вызывающе спрашиваю я, становясь напротив неё.
Держу картину в одной руке; та почти прикасается с полом.
Эрин хлопает ресницами и пожимает плечами, всё так же держа серьёзное лицо.
Её карие глаза блестят, и в них я вижу отражение своего лица. Какое же это прекрасное зрелище – видеть себя в глазах любимой и осознавать то, что она твоя и ничья больше.
Эрин пятится назад и я снова иду на неё. Подойдя к кровати, я толкаю её на мягкую поверхность и нависаю над ней. Укладываю холст на подушки и снова забываюсь в её глазах.
Резко впиваюсь в её губы и зубами ухватываю её губу, прикусывая её. Эрин ахнула и я снова заткнул её рот своими губами.
Рукой опускаюсь к её трусам и большим пальцем надавливаю на паховую часть. Эрин выпускает стон и всё её тело снова напряглось. Мне нравится, как её тело реагирует на каждое моё прикосновение.
Мне всегда нехватает её прикосновений, её взглядов, её стонов, её целиком.
Я постоянно нуждаюсь в ней.
— Ма-арк...
Ох, как же я люблю её стоны. Моё имя из её уст звучит настолько нежно, словно она его ласкает язычком и полирует пёрышком.
— Мне всё нравится! Я даже не думал, что ты видишь меня таким красавчиком,— ухмыляюсь я и Эрин отбрасывает голову на кровать, внимательно изучая мои глаза.
— Я тебя вижу иначе,— чуть ли не шёпотом говорит она,— как бы сильно я не старалась, всё равно не смогла бы вложить всю свою любовь и восхищение по отношению к тебе в одну картину.
— Спасибо тебе за всё! Я люблю тебя.
— И я люблю тебя, Марк.
Руки Эрин обхватывают меня за шею и наши языки снова сплетаются в тугой узел.
Она толкает меня на кровать рядом с собой и нависает сверху.
— Тебе пора, ты сильно опаздываешь на свой праздник!— она коротко целует меня и ловко сползает, исчезая за дверью в ванной.
Глава 95
Марк
На праздновании моего двадцати трёхлетия мы с друзьями поехали в самый элитный ночной клуб России. Знаменитый "Soho Rooms" разделён на несколько самостоятельных пространств. Бар, ресторан, терраса с бассейном, танцпол со сценой, балкон с садом. Каждое пространство выполняет свою функцию. Ресторан на втором этаже разделён на два зала – место для гурманов и эстетов с благородным интерьером. Терраса и сад в разное время дня выполняют разные функции. Днём – отличное место для отдыха на воздухе над шумным городом, а ночью – последний этаж клуба превращается в тропическую виллу с бассейном, где каждый вечер проходит пляжная вечеринка. Танцпол ночного клуба Сохо – само воплощение эстетичности, стиля и роскоши. Огромный зал, удобные диванчики, лучшее оборудование – атмосфера для настоящих тусовщиков.
Мы расположились в зоне VIP за столиком и заказали по парочке напитков.
Алекс драматично встал на ноги и поднял стакан коньяка над головой.
— Ну, что, поднимем бокалы за нашего именинника!
Я хватаю стакан и встаю. Карлос и Вилл делают то же самое.