Кажется, я не учла одну вещь... хочу ли я создать собственный бренд? Хочу ли я стать дизайнером, а не работать в качестве ассистента на других? Безусловно, чтобы открыть свой дом мод, нужна практика в качестве интерна, но не быть же интерном всю жизнь... нужно же куда-то в конечном итоге прийти.
Достаточно ли я сильна духом, чтобы дойти до конца? Смогу ли я идти по головам, подхалимничать, переступать через свои принципы, подстраиваться под других?
Хочу ли я дойти до этого конца?
***
— Мне будет не хватать вас, девочки... я к вам очень привязалась за эти два года,— мой голос дрожит и перед газами появляется пелена.
— Не верится даже, что мы увидимся только через пятнадцать месяцев,— говорит Мона, вытирая слёзы.
— Ага-а-а-а... — вздыхает Кайла, опуская взгляд.
— Блин, может всё же надо было отправлять портфолио в "Chloe", тогда бы мы все работали в Париже,— цокает Мона и я кладу руку на её плечо.
— Не говори глупости! Ты мечтала поработать с "Gucci" ещё с первого курса. Италия и Франция не так далеко находятся друг от друга. Я думаю, мы сможем хотя бы разок повидаться,— говорю я и Мона заключает меня в обьятия, — тем более разговоры по телефону никто не отменял, просто... это будет непривычно.
— Девочки...— Кайла закусывает губу и грустно смотрит на нас,— мне хотелось бы верить, что для нас это только начало. У каждой из нас своя дорога и, да, этот год будет не таким, каким мы его все представляли, но разве не это прелесть жизни, когда мы сами решаем, что хотим делать и кем стать? Я очень рада, что вы появились в моей жизни. Я бы не осознала, чем хочу заниматься, если бы не вы. Благодаря тебе, Эрин, я поняла, что хочу быть моделью. Ты была той, кто поверил в меня прежде, чем это сделала я. Ты, Мона, помогла мне противостоять родителям и я никогда не могла бы сделать это без вас. Я отказалась от практики, потому что у меня появилась возможность узнать, что судьба припрятала для меня и это благодаря вам.
Слова Кайлы в конец растрогали нас с Моной. Мы взахлёб бормотали друг другу слова благодарности и желали друг другу удачи.
Я не знаю, встречусь ли я с Кайлой через год... Вернётся ли она закончить университет после перерыва...но я знаю одно... какое бы решение она не приняла, я буду рада за неё, ведь она будет делать то, что всегда хотела.
Мне хочется, чтобы этот год практики окончательно дал мне понять, чего я хочу и на что я способна.
***
— Давай, Мартин, ты сможешь!— звонкий голос Лизетт пронзает мой слух и я смеюсь.
Марк ловко выхватывает баскетбольный мяч прежде, чем Мартин совершает бросок, обходит его и попадает мячом в баскетбольное кольцо.
Мартин смешно злится и кривится, прыгая на месте.
— И того, счёт двадцать один - шесть, в пользу Марка!— восклицаю и радостно хлопаю в ладоши.
Я встаю со скамейки и подбегаю к Марку.
Он кружит меня в объятии и мы смеёмся, когда Лизетт начинает бить брата по плечу.
— Теперь мы должны им желание! — обиженно ворчит она, указывая пальцем на нас.
Она бьёт ногой по земле.
— Это всё из-за тебя!— злится она.
— Он физически сильнее меня!— ноет Мартин, указывая пальцем на Марка.
Лизетт его передразнивает.
К дому подъезжает мамина машина, а Лизетт хватает мяч с земли и целится в Мартина. Тот прячется за нами и громкие визги исходят из двора нашего дома. Могу поспорить, что всем соседям теперь известно, что у нас происходит.
Мама подходит к забору и заглядывает к нам.
— Помогите занести продукты,—просит она и я перевожу взгляд на Мартина с Лизетт.
—Вперёд!— командую я, указывая на дверь калитки.
Они раздраженно вздыхают и ползут к маме. В такие моменты я чувствую себя старшей сестрой, которая распоряжается братом и сестрой, как пожелает.
По возращению в Таллин, я стала больше времени проводить с этими двумя монстрами и, признаюсь, это не самое весёлое занятие. С одной стороны, я рада, что на протяжении двадцати лет я была единственным ребёнком в семье и мне не нужно было ни за кем следить, помогать и воспитывать. Я была сама по себе. С другой стороны, возможно, моя жизнь была бы красочнее, если бы эти двое жили со мной с самого начала.
Смотря на маму, я не могу прекратить улыбаться. Она словно переродилась. Моя мама очень любит детей и я знаю, как тяжело ей было принять такое решение. Всё же это большая ответственность, а ранее мама воспитывала только меня. Признаюсь, я была идеальным ребёнком. Я всегда хорошо училась, а после второго класса мне уже не нужна была помощь в домашних заданиях. Меня не нужно было контролировать, я была ответственная и с восьми лет гуляла без маминого взора во дворе перед домом. Я была той ещё врединой, ведь мама постоянно баловала меня, но несмотря на это, я была ответственной, заботливой и всегда помогала ей. В то время, когда все мои сверстники вытворяли черт знает что, я занималась танцами, теннисом, плаваньем и рисованием. У меня было невероятное количество занятий вне школы и не было времени на глупости, которые обычно все делали от скуки.