— Спасибо вам большое! Я справляюсь, всё хорошо!
Я благодарна Джейсону за такое хорошее отношение ко мне. Знаю, что он рисковал, когда принимал меня на практику. Без допущения ошибок не обошлось, но он всегда мне помогал, так что иметь начальника лучше, чем Джейсон, я и мечтать не могла.
– Есть ли бумаги, которые я должен подписать за предыдущую неделю?
— Я занесу вам документы на подпись в последний рабочий день, в четверг.
— Хорошо. Ну, тогда не буду отвлекать от работы. Если что - зови. Ты знаешь, где меня можно найти.— Он расплывается в улыбке, и я киваю.
– Джейсон?— борясь с сомнениями, я окликаю Джейсона.
– Да?— он оборачивается.
– А что случилось с Гарри?
– Не волнуйся! Он взял отпуск, и ему это пойдёт на пользу.
— А... вот как...— я закусываю губу и Джейсон, улыбнувшись, уходит.
Я с ним так и не поговорила.
Марк
– Вадим хочет с тобой поговорить.
Алекс протягивает мне телефон, когда я выхожу из комнаты звукозаписи, снимая наушники.
– Да?– отвечаю я.
– Включи камеру!— командует Вадим.
– Зачем?
– Включай!
Я включаю переднюю камеру и ловлю на себе холодный взгляд менеджера.
– Вот так-то лучше. А теперь расскажи мне, как проходит подготовка к турне? Ты на студии?
– Да. Всё хорошо! Уже с восьми утра на студии, а ты в городе?
– Нет, я в Москве. Так, как там продвигается работа с Самантой?
– Пока что нормально, работаем. Мы успеем, она довольно-таки хороша.— я падаю на диван и закидываю ногу на ногу.
– Хорошо. Может, есть что-то ещё, чем ты хотел бы поделиться?
– Да вроде нет.— Я хмурюсь и чешу затылок.
– Ты уверен?
– Ну да, а что?— я перевожу неуверенный взгляд на Вильгельмина, и пожимаю плечами.
– А это что такое?
Вадим разворачивает экран ноутбука , и моё сердце пропускает удар. На экране появляется фотография Эрин в парке аттракционов. Она смеётся.
Красивая фотография.
– Вадим, я не...
Прежде чем я успеваю сказать, что не знаю, кто это, на экране появляется следующий снимок. На нём изображены мы вместе с Эрин. В этом момент она кормила меня сахарной ватой. На следующей фотографии мы целуемся.
Кто тот сукин сын, что сделал эти фотографии?
– Эрин Мелисса Ильнюс, девятнадцать лет. Практикантка моего приятеля Джейсона. Я сразу должен был понять, что ты не просто так смылся с юбилея моего друга. Ты ушёл вместе с ней. Что тебе мешает трахать своих девочек у себя дома, зачем гулять с ними там, где много людей? Сидели бы дома! – орёт он.
Я тру переносицу в надежде придумать, что делать.
– Насколько это большая проблема?
– Да настолько, что твой тур может отмениться. Ты только одним местом думаешь?
– Вадим, просто займись этим и всё!
– Тому, кто прислал мне фотографии, я заплачу, чтобы снимки замяли, но ты больше не должен с ней видеться. Вообще! Новый скандал мне сейчас к чертям не сдался, Марк! У тебя тур на носу! Ты должен вернуться на сцену после долгосрочного перерыва. Если ты не сделаешь всё, что от тебя зависит, то я тебя больше не смогу вытянуть со дна. Тебе двадцать два года, засранец! Трахайся себе на здоровье, но не выходи с ними на публику!
Вадим в гневе, и это не самое лучшее зрелище.
– Черт возьми, что ты так завёлся? Вернусь я на сцену, вернусь! Эрин никак не влияет на меня. Она уезжает через несколько дней, можешь не переживать на этот счёт!— ору я в ответ.
Кровь кипит.
Всё, что этого козла интересует, так это деньги и как можно больше денег. Он завёлся лишь из-за того, что если вдруг появится новость, что у меня отношения с обычной девушкой, то меня воспримут иначе. Следственно, Вадим станет получать меньше, ведь часто пытается свести меня с другими знаменитостями в попытках получить деньги за пиар.
Вот отец обрадуется, если у меня всё прогорит.
После напряженного разговора с Вадимом, я не мог собраться и продолжить запись. Мы решили закончить пораньше, и я поехал домой.
Схватив блокнот со стола, стал пролистывать записи, которые оставил. Они про Эрин, и мне, несомненно, нужно пополнить то, что уже есть. Не знаю, почему вдруг занялся этим. Я пишу песню о чувствах к девушке, как банально! Никогда бы не подумал, что напишу что-то подобное. Не думаю, что когда-нибудь кто-нибудь её услышит, ведь она не для этого. Эта песня лишь для меня одного.
Но, кажется, она и ещё кое-кого касается...
Шесть дней до её отлёта и восемь дней до начала гастролей. Похоже, Нью-Йорк свёл двух совершенно разных людей и так же просто разбрасывает их по миру.
Следующие два дня мы безвылазно сидели на студии звукозаписи, и я сблизился с Самантой. Работать с ней было уже намного проще, ибо мы поняли, какая техника друг у друга.