На следующее утро я вернулась в свою комнату и начала делать небольшую уборку. Начала наконец прибирать в шкафу, ибо с приезда я просто все вещи запихнула в шкаф.
После двухчасовый уборки в шкафу, я перехожу к уборке рабочего стола. С тех пор, как стала жить самостоятельно я начала любить чистоту, хоть всю жизнь жила в творческом беспорядке.
Я люблю порядок, но мой порядок всегда отличался от общепринятого понимания слова «порядок», а с переездом в Лондон я полюбила чистоту, и сам процесс уборки начал казаться даже приятным.
Решаю переключить песню в телефоне, ибо та, что начала звучать сейчас, уже раз десять повторялась. Вдруг замечаю семь пропущенных звонков и четыре непрочитанных сообщения от Марка.
«Малышка, ты как?»
«Извини, что не позвонил, как выступил в Париже. Я весь день тогда репетировал и после концерта сразу же отрубился, всю дорогу до Вены спал. Этой ночью выступил в Вене, сейчас едем в Брюссель».
«Я звонил тебе, ты сейчас занята?»
«Ответь хоть, что с тобой всё в порядке, не молчи».
Я перезваниваю, и на второй гудок Марк отвечает.
– Ты в порядке? Чего не отвечала?— взволнованно тараторит он.
– Привет, я делала уборку, вот и не слышала.
Так странно. Я, конечно, рада, что он наконец вышел со мной на контакт, но что-то ощущения какие-то непонятные. Много чего произошло за последние пару дней, и у меня даже не было времени, чтобы подумать о нём.
– Понятно.— он замолчал, и я несколько секунд слушала, как он дышит в трубку, но он вдруг прерывает тишину.— Расскажи что-нибудь.
– Что мне тебе рассказать? – Я сажусь на кресло в позу лотоса и ожидаю ответ.
– Что угодно, я просто хочу послушать твой голос.
Мне о многом хотелось бы с ним поговорить, но почему говорить должна только я? Я, конечно, понимаю, что мы уладили все недопонимания между нами, но мы так и не поговорили о том, кем являемся друг другу, и, кажется, его устраивает всё так, как есть. Я не понимаю, чего он хочет от меня и что чувствует ко мне.
Может, воспользоваться шансом и обсудить всё сейчас?
– Можешь включить видео? – Я хочу видеть его во время нашего разговора.
– Э-э-э... Да, давай я перезвоню через пять минут? – Он отключается, и я уже успеваю подумать, что он решил так слиться.
Проходят десять минут, и я откладываю телефон в сторону, возвращаюсь к протиранию рабочего стола.
– Придурок!— бормочу себе под нос.
Кажется, мои мысли больше не могут спокойно сидеть у меня в голове, раз вырываются наружу.
Телефон вибрирует, и на экране появляется запрос на видеосвязь.
Ладно, возможно, я немного переборщила. Он не придурок.
Нажав «ответить», вижу появляющееся лицо Марка на экране. Он выглядит замученным, будто работал на стройке и не спал неделю. Его тёмно-русые волосы растрёпаны. На нём чёрная байка с какими-то надписями, которые-то затрудняюсь прочитать, ибо байка в складку. Он сидит, облокотившись о стену бордового цвета. Марк проводит рукой по волосам, и я замечаю татуировку на внешней стороне его запястья.
Кажется, раньше её не было или я не замечала её.
Я ставлю телефон на стол и облокачиваю его о кружку чая, затем сажусь напротив телефона на кресло и прижимаю одну ногу к груди.
– Ты хорошеешь с каждым днём.— Он подмигивает мне.
– А ты наоборот, это седина? – язвлю я и демонстративно всматриваюсь в его лицо.
Он улыбается уголком рта.
– Черт, обожаю тебя!— он делает глоток коричневой жидкости, и я не отрываю с него глаз.
– Что ты пьёшь?
Кажется, я не хочу знать ответ на этот вопрос.
– Чай.— беззаботно отвечает он.
– Врёшь.
Он явно не трезв. Чувство мерзости подкралось ко мне. Я не люблю, когда люди пьют. Я могу изредка выпить, но немного, ибо мне, по сути, много не надо.
Тема алкоголя очень болезненная для меня, ибо я сталкивалась с пьющими близкими людьми, и я видела, что с ними делают алкоголь и неумение остановиться.
Я не знаю, может, Марк просто решил выпить немного, чтобы расслабиться, ибо он на гастролях и это утомительно, но мне не хочется, чтобы он пил. Мне не нравится, как он сейчас выглядит, но несмотря на его усталый и нетрезвый вид, кажется, он всё так же притягивает меня к себе, и мне становится противно от самой себя.
– О чём ты задумалась? Ты слишком долго молчишь.— Марк вырывает меня из мыслей.
Глава 26
– Думаю вот, кто мы друг другу?— прямо говорю я.
– А кем ты хочешь, чтобы были?
– Что?
– Иногда мне кажется, что ты нарочно включаешь дурочку. – Марк наклоняет голову вбок и улыбается. – Неужели непонятно, что мы вместе? Я уже говорил, что ты моя, малыш. Забыла?