Когда первое ощущение холода прошло, я стала забрасывать снегом его в ответ. К счастью, его было много, так что низко наклоняться мне не пришлось. Парень не оставил это просто так, и стал отбиваться.
Когда мы закончили, мои ладони покраснели и сильно замерзли.
Тэхен стоял, стряхивая снежинки с волос, все еще улыбаясь, пока я смотрела на свои руки. Он подошел ко мне и, взяв мои ладони в свои, стал их растирать.
- Наверное, пора возвращаться домой.
- Ага. – Я кивнула, но мне хотелось еще погулять. Зимой в парках почему-то было мало народу.
- Если твои родители увидят тебя в таком состоянии, мне придется готовиться к смертной казни. – Он потер щеку. – До сих пор помню удар твоей мамы. Она что, ходит на какие-то единоборства?
Я бы сейчас рассмеялась, если бы его лицо не было в такой близости от моего, а взгляд не выглядел таким сосредоточенным и… очаровывающим.
- Ничего не поделать. Придется пойти ко мне. – Тэхен пожал плечами и, обойдя меня, повез коляску в неизвестном направлении.
- А у меня согласие спросить?
- На самом деле это очень удобно, что можно тебя возить. Я могу делать, что захочу… - Он вдруг замолчал. – Прости. Я не хотел…
Я плотно сжала губы. Тэхен сказал это совсем неосознанно, но только от этого и стало больнее. Появилась настолько тяжелая тоска, что просто хотелось бежать куда-нибудь, чтобы скрыться от собственных чувств.
Тэхен изменил мою жизнь, внес в нее радость, но даже ему не под силу полностью избавить меня от грусти, которая теперь все глубже пускала корни в моем сердце. Я уговаривала себя, что все хорошо, что я переживу это. Но осознание того, что все может затянуться до конца жизни… ломало меня.
***
- А Рури дома? – Я смотрела на темно-красную дверь четвертого этажа.
- Нет, у нее несколько вечерних подработок, кроме основной. Не подумай, нам хватает денег, просто она уж слишком активный человек. – Тэхен повернул ключи в скважине, и дверь открылась. Он ввез меня внутрь. Коляска немного подпрыгнула, переезжая порог. – Добро пожаловать!
Я стала оглядываться. Прихожая была невероятно маленькой, а половина пола еще и заставлена женской обувью в основном ярких расцветок.
Тэхен провез меня дальше на кухню. Комнатки были маленькие, но уютные.
- Там спальня Рури, а здесь моя. Хочешь посмотреть? – Тэхен наклонился, отчего его голова оказалась рядом с моей, но я не могла взглянуть ему в глаза, так как он все еще стоял за моей спиной.
- Почему мне кажется, что там я увижу что-то странное? – Я скривила лицо.
- Все может быть. Ну, как, готова? – Этот его тихий шепот возле моего уха действительно пугал.
Я сжала кулаки и махнула головой.
Тэхен повез меня вперед, чуть приостановившись, чтобы я открыла дверь, и мы оказались внутри.
Я, кажется, назвала комнату Тэхена странной? Нет, она совершенно была не такой, а суперстранной. Вместо обычных стен, я увидела лишь какие-то провода, плазмы, экраны, и прочие схемы. Они были здесь не для работы, а являлись чем-то вроде украшения. В центре, прямо посередине большая круглая кровать с круглыми подушками. У окна большой стол, на котором помещались экран от компьютера и несколько системных блоков. Вместо шкафа был громадных размеров комод.
- Жуть какая!
Тэхен хихикнул и прошел вперед, усаживаясь на стул.
- А что ты ожидала увидеть?
- Сама не знаю. – Честно ответила я, пожимая плечами.
- Синий или красный?
- Что?
- Быстро выбирай: синий или красный! – Прокричал он.
От неожиданности я выпалила:
- Синий! – От испуга аж дыхание участилось. – Что это вообще было?
Тэхен поднялся и подошел к комоду.
- Просто спросил в какой одежде ты будешь.
- Чего? – Я приподняла одну бровь.
- Не могу обещать, что мои вещи тебе подойдут, но надо ведь тебе что-то надеть, пока твоя одежда будет сохнуть.
Я долго обдумывала его слова. Он даже успел вытащить синюю кофту и спортивные штаны.
- Не проще ли мне будет надеть что-нибудь из гардероба Рури?
- Ага. А потом все шишки мне? Нет уж спасибо! Ты в курсе, что из-за того, что она не может говорить, когда злится, постоянно избивает меня. На вот, держи. У тебя пятнадцать минут. – Он бросил в меня тем, что выбрал и ушел, держа в руках комплект другой одежды.
Я еле успела переодеться. Как раз опустила кофту в тот момент, когда Тэхен вернулся.
- Стучаться не учили?
- Это моя комната.
Я закатила глаза. Тэхен подал мне горячее какао. Обстановка вдруг резко поменялась. Он сел на кровать, вытянув ноги и скрестив их в лодыжках.
- Тэхен?
- Что?
Я чувствовала, как бокал нагревается и немного обжигает ладони.
- Я никогда не спрашивала тебя об этом. Не знаю… Может… Боялась узнать правду, или боялась потерять тебя. – Я подняла голову. Тэхен замер с понятой кружкой к губам. – Но… Почему ты все еще остаешься рядом? Если из-за жалости, то пусть так. Но я хочу знать.
Он нахмурился и поставил бокал на пол. Наклонив корпус вперед, Тэхен облокотился руками на колени.
- Я не испытываю к тебе жалости, Кира. Это не значит, что я тебе не сопереживаю, но не жалею, это уж точно. Мы и вправду не говорили об этом, хотя, наверное, нужно было. – Он смотрел в пол, когда говорил. – Твоя мама нашла меня после того, как ты переехала мне ногу. Она просила, чтобы я пришел. Мне показалось это глупым и бессмысленным. Ты мне не понравилась. – Он слабо улыбнулся, все же бросив на меня быстрый взгляд. - А потом я нашел твои подсказки в книгах. Я и предположить не мог, что это окажешься ты. И… В общем тот человек, что написал дневник мне понравился. В обычных сточках, написанных ребенком было столько жизни и энергии, что мне захотелось узнать тебя получше.
Я слушала, и была уверенна в искренности его слов. Но какая-то преграда все равно существовала.
- Я никогда никому не рассказывал. – Вдруг снова заговорил он. – Только с Рури мы это пережили. Но… Когда родители погибли, нас отправили не в обычный детский дом. Из-за того, что моя сестра немая, она оказалась в приюте для детей с отклонениями. Я не хотел ее терять. Знал, что если мы расстанемся, то можем уже не встретиться, поэтому… Все те два года, что я там прожил, я… тоже не говорил, чтобы нас не разлучили. – Тэхен провел рукой по волосам, низко наклонившись, но тут же выпрямился. – Кира, я встречал людей, которые не могли двигаться, которые жили лишь рукой и головой. Я не испытываю к тебе жалости, потому что не могу жалеть тебя. Я жил с теми, кто был в худшем положении, чем ты, и я знаю, что при этом они не переставали оставаться людьми. И ты тоже. Твоя жизнь не закончена, она есть…
- У меня БЫЛА жизнь… до аварии. - Перебила его я. - Но сейчас ее нет. – Я прижалась щекой к плечу.
- Это неправда, Кира! Не смей считать, что твоей жизни больше нет. Ты можешь ненавидеть людей, мир, свою собаку, но ты не имеешь права не любить свою жизнь. Я призираю таких людей! – Он тяжело вздохнул и поднял голову, смотря прямо на меня. - Но я хочу видеть тебя такой, какая ты есть. Под всей этой черствостью, злобой на весь мир… Хочу увидеть тебя настоящую! Прошу, Кира. – Он прикоснулся пальцами к моей руке. – Позволь мне увидеть тебя!