Он переводит взгляд на меня и невольным образом уголки моих губ образуют лёгкую улыбку.
Неверится, что спустя все эти годы я улыбнулся человеку, которого всем сердцем ненавижу или ненавидел...
Я провожу указательным пальцем по последней фотографии в альбоме, вокруг которой чёрной шариковой ручкой нарисована рамочка.
— Не думал, что покажу тебе это, но для тебя...нет, для нас обоих, это важно,— исправляется он,— вы с ним очень похожи, внешне, разумеется.
На последней фотографии, в черно-белом формате, изображен я. Фотография была сделана в роковой день, 12. мая, 2018. года. Концерт, который я запомню на всю свою жизнь. Концерт, где, как мне казалось, я не должен был присутствовать.
Не знаю, какую песню я исполнял в тот момент, но я отчетливо помню эмоции, которые испытывал в то время. Я счастлив на сцене. Я был счастлив в момент, когда был сделан этот снимок и, всмотревшись пристальнее, я осознаю, что правда похож на дедушку. Кроме внешних сходств: подбородка, прически и взгляда, у нас ничего общего нет.
— Почему это здесь?— спрашиваю я.
Я хочу знать, почему моя фотография в этом альбоме.
— Я хотел, чтобы в одном месте были собраны люди, перед которыми я должен извиниться. Несмотря на то, что я ни в чём не провинился перед твоим дедушкой, всё же хотел бы извиниться перед ним за то, что оказался недостойным отцом. Мне не стоило держать злобу на него, а больше думать о тебе и Тимуре. Марк, я буду извиняться перед тобой всю жизнь, если ты, конечно, позволишь быть её частью. А даже если не позволишь, я всё равно буду просить прощения за всё. За то, что не поддержал тебя. За то, что не помогал. За то, что выгнал и не звонил. И самое главное, что не разговаривал с тобой. Слов не хватит, чтобы выразить мою вину перед тобой, но, пожалуйста, позволь мне быть в твоей жизни! Я не прошу об окончательном прощении. Знаю, что это невозможно, но я прошу лишь о возможности видеться с тобой, разговаривать, делится моментами, переживаниями, и отныне я обещаю поддерживать тебя, прежде всего, как отец. Я хочу стать для тебя тем, с кем ты хотел бы делится всем, чем посчитаешь нужным. Я многое упустил в твоей жизни, но я всегда наблюдал за тобой на расстоянии, и Вадим всегда держал меня в курсе происходящего с тобой. Таким образом я чувствовал, что нахожусь рядом.
Слова, которые я так хотел услышать от отца на протяжении многих лет, наконец были произнесены.
Глава 63
Эрин
— Он подарил мне дедушкин альбом с фотографиями. Оказалось, что у него есть ещё один альбом с моими фотографиями в подростковом возрасте...с разных концертов, с публикаций в журнале и те, что я публиковал в сети...всё это он хранил у себя,— рассказывает Марк.
Я чувствую некую лёгкость на душе. Я очень рада, что Марк побывал на дне рождения бабушки, поговорил с семьей, и не уехал оттуда с разбитым сердцем. Марк заслужил иметь поддержку в лице семьи. Он всю жизнь работал над этим и, я уверена, что если бы эта поездка домой обернулась ссорой, то Марк бы окончательно сломался.
— Даже малой очень сильно изменился. С трудом верится, что этот красавчик мой брат. Я в тринадцать не использовал желе для волос, чтобы сделать укладку. Да что уж там, я был похож на снежного человека с длинными волосами и челкой на пол лица. А тут прям всё слишком ухожено, что прям противно!
Я смеюсь с рассказов Марка о его членах семьи и о том, как после трёх рюмок водки, подруги его бабушки отправились на танцпол, прихватив его за компанию. Я бы многое отдала, чтобы посмотреть на то, как женщины за семьдесят двигают своими конечностями с молодым парнем под современные хиты.
Я перевожу взгляд на окно и понимаю, что уже наступила ночь. Густая тьма окутала всё окружение. Мы разговариваем уже пять часов, в то время, как я должна уже видеть третий сон.
— Я очень рада, что ты съездил домой. Я верила в то, что у тебя всё будет хорошо,— искренне говорю я, когда Марк заканчивает говорить.
— Я завтра дам опровержение и займусь поиском нового менеджера. Дерек останется самым последним вариантом,— говорит он, и я улыбаюсь.
— Хорошо, ты молодец!
— В чём это я молодец?— смеётся он.
— Во всём.
Я переворачиваюсь со спины на живот и кладу голову на подушку.
— Ты приехал домой и поговорил с отцом обо всём, что тебя тревожило. Ты сделал это, и я очень рада за тебя.
— Так странно слышать похвалу за что-то...Я бы не смог даже приблизится к дому родителей, если бы...если бы не ты.
Сердце сжимается, и я закусываю дрожащую губу.
Я очень скучаю по нему и меня разрывают изнутри мои же чувства. Мне хотелось бы оказаться рядом с ним и иметь нормальные отношения, но я не знаю, что будет, если я дам слабину и отвлекусь на что-то, кроме учёбы.