Марк опустошает его и тот выскальзывает из его рук, падая на пол. К частью, он не разбивается. Я ловко поднимаю его и ставлю на стол.
— Так и будешь стоять над душой?— недовольно бурчит он.
— Пока ты не ляжешь спать-да.
— Ну я подумаю.
— Ты что издеваешься надо мной?— кричу я.
Марк водит головой из стороны в сторону.
— Нет, но я могу раздеться перед тобой...
Я громко и сердито вздыхаю.
— Придурок!— говорю я.
— Не-а-а,— тянет он.
Он пытается расстегнуть рубашку.
— Ну же, иди сюда. Я успокою тебе, прям, как ты любишь,— бормочет он и я закатываю глаза.
Он улыбается пьяной улыбкой и поднимает руки.
— Нет, Марк! Если ты думаешь, что я буду спокойно реагировать на твои глупые поступки, то ты глубоко заблуждаешься! У нас всё было хорошо, а сейчас ты вдруг вытворяешь подобное?
— Я не хочу сейчас разговаривать. Ты всё преувеличиваешь. Я ничего не сделал. Ну, выпил и что с того? Карлос приехал. Музыка красивая была. Мне так нравится Лондон и ты мне нравишься...даже больше чем Лондон...
Монолог пьяного Марка раздражает меня ещё сильнее.
— Я сейчас не про то, что ты решил выпить с другом. Пей и общайся сколько влезет! Просто не нужно держать меня в неведении, бросать трубку, затем не отвечать на звонки, а потом и вовсе избивать моего друга! Сейчас мои друзья знают, что ты мой парень и хочешь сказать, что ты правильно преподнёс эту новость? — строго говорю я, складывая руки на груди.
Он шумно вздыхает и поднимает взгляд на меня.
— Господи! Да успокойся ты наконец! Просто иди сюда и поцелуй меня.
— Ты просто невыносим!— бросаю я, разворачиваясь.
— Ты куда?
— Спать!
— Я с тобой.
Я разворачиваюсь и взрываюсь.
— Нет, Марк, ты спишь на диване. Я не хочу находиться с тобой в одной кровати!
— А мне плевать, что ты хочешь! Мы будем спать вместе,— грубо говорит он.
Он поднимается с дивана и ковыляет за мной на второй этаж. Он стягивает с себя джинсы и футболку. Когда я возвращаюсь из душа в спальню, Марк уже спит, разлёгшись поперёк кровати.
Я выключаю свет и ложусь спать в гостевую комнату. Не желаю всю ночь нюхать запах алкоголя.
Глава 86
На утро я тихо заглядываю в спальню. Марк, уткнувшись лицом в подушку, тяжело сопит, поэтому я тихонько собираюсь и уезжаю. Сначала я сомневалась брать ли мне его машину или нет, но, вспомнив, как он отнёсся ко мне вчера, поняла, что это никак не усугубит ситуацию.
Аккуратно стучусь в дверь и переминаюсь с одной ноги на другую. Нотки волнения проникают глубоко под кожу и я с трудом сдерживаю волнение.
Входная дверь распахивается и я, ловлю поникший взгляд четырёх глаз. Я улыбаюсь уголком рта и обрисовываю взглядом лица подруг.
— Привет,— неуверенно произношу я и легонько покусываю губу.
Дурацкая привычка снова наступает на пятки. Раньше из-за этого мои губы были постоянно в разных ссадинах, так же как и пальцы. Всегда, когда переживала грызла ногти, заусенцы и кусала губы.
Мона улыбается мне в ответ, и я залетаю в объятия к ней. Тонкие ручонки Кайлы сжимают меня со спины и я нахожусь между двух тел: Моны и Кайлы. Я даю слабину, и слёзы вырываются наружу.
Раньше, я никогда и никому не позволяла видеть себя уязвимой. Проявление слабости никогда не идёт на пользу. Это лишь делает тебя слабее в глазах окружающих. Впервые мои слёзы увидел Марк, когда я разочаровалась в Гарри, на практике в Нью-Йорке. На этот раз, мои слёзы увидела Кайла и Мона, которые спровоцировал Марк.
Всё, черт возьми, связано и меня это раздражает. В груди появляется чувство отвращения и жалости по отношению к самой себе. Я не должна проявлять слабость и давать кому-то причинить мне боль. Я знала на что иду, когда по уши влюблялась в Марка и сейчас я должна научится разгребать дерьмо, которое, иногда, могу даже не замечать.
Мона заваривает зелёный чай и мне становится чуточку легче делится историей. Подруги с трудом сдерживали в себе шок и удивление, ведь даже и представить не могли, что подобное творилось в моей жизни. Они поражены, ибо, признаюсь, я хорошая лгунья.
Лож-это самое ужасное, что есть на этом свете. Она в силах погубить, разрушить, покрыть трещину листвой и прикрыть человеку глаза на время, но несмотря на то, что она может не причинить боль с самого начала, в конечно итоге, она всегда выходит наружу и боль, полученная в конце, в разы сильнее, чем она когда-либо могла бы быть.
Меня отталкивают люди, которые врут, но, возможно, меня отталкивают люди, которые делают это плохо, раз уж мне известно об их лживой натуре.