– Что ж, меня зовут Эрин, а тебя?
Что-то в его взгляде и манере общения кажется мне непонятным.
Парень смотрит на меня, как будто не понимает моего вопроса.
– Ам-м-м, я Марк, – протянул он.
– Что ж, приятно познакомиться, Марк, – говорю я, протягиваю руку.
Он смеётся, но пожимает мою ладонь.
– Взаимно, Эрин, взаимно.
Мне понравилось, как моё имя звучало из его уст. Вдруг захотелось услышать его имя ещё раз.
Мы смеялись и общались так, как будто знакомы уже давно.
– Как давно ты живёшь в Нью-Йорке? – спрашивает Марк.
Мы переходим через дорогу. Он натягивает воротник до носа и надевает капюшон на голову.
– Вчера был ровно месяц, как я здесь, но мне кажется, будто я прилетела сюда пару дней назад. Что насчёт тебя?
– Я приехал сюда в сентябре. Получается, четыре месяца уже. А ты откуда?
– Из Эстонии, но с сентября живу и учусь в Лондоне, – отвечаю я.
Мы проходим мимо пруда в середине парка. В нём плавают утки, которые периодически погружаются в воду с головой. Попы уточек, которые остаются на поверхности, заставляют меня засмеяться.
– Получается, ты вернёшься в Лондон?
– Да, я приехала на практику сюда на три месяца и в марте улетаю обратно.
– На кого ты учишься?
– На дизайнера одежды в Лондонском университете искусств, – гордо отвечаю я.
Мы делали второй круг по центральному парку, и я замечаю девушку, проходящую мимо нас с Марком. Она откровенно пялилась на нас, вернее, на Марка, после чего шепнула что-то своей подруге. Они без стеснения смотрят на нас.
– Кажется это твои знакомые, – говорю я Марку и головой указываю на девушек.
– Я их не знаю, – отвечает он, поправляя воротник.
Звонок телефона отвлекает меня от девушек, наблюдающих за нами.
– Привет, Эрин!
– Здравствуйте, профессор.
– Ты сейчас где? Дома?
– Нет, я не дома.
– А Вероника рядом?
– Она не со мной.
– Понятно, вы же будете на ужин? На третьей авеню в семь, не забудь!
– Конечно, я буду. Уже собираюсь.
– Отлично, не забудь напомнить об этом и Нике.
– Хорошо, я позвоню ей.
– Хорошо.
– До встречи.
– До встречи!
Ужин совсем вылетел из моей головы.
– Извини, мне нужно позвонить соседке, – говорю я Марку, и он кивает.
Вероника быстро отвечает на звонок.
– Что? – недовольно отвечает она.
– Привет, ты проснулась?
– Да, что ты хочешь?
Чего это она со мной таким тоном разговаривает?
– Профессор звонила и сказала, что ужин в семь часов в ресторане на третьей авеню, адрес у тебя есть? – спрашиваю я.
– Ты с ума сошла?! Я никуда не поеду, – кричит она.
– У нас ужин с командой, и я тут ни при чем. Чего ты на меня наезжаешь? Я тебе помогла раздеться, когда ты в стельку пьяная завалилась домой. Оставила стакан воды возле твоей кровати и таблетку от головы, а ты на меня повышаешь голос. Я уже и о благодарности с твоей стороны не говорю, – говорю я.
Не знаю почему, но похоже, что я ей не нравилась с самого начала, ибо ко мне отношение у неё резко ухудшилось.
– А я просила тебя это делать? Не притворяйся, что мы подруги.
Вот это поворот. У меня пропал дар речи. Не знаю, что и ответить.
Марк замечает, что я в растерянности.
– Что такое? – шепчет он.
Игнорирую его.
– Знаешь что, Вероник? Делай как знаешь. Только вот о помощи больше не проси. – Я бросаю трубку и смотрю на землю под ногами.
В Нью-Йорке теплеет, и зима отступает. Дороги становятся грязными из-за тающего снега, и сказка перетекает в реальность.
– Что случилось? – спрашивает Марк, и я неохотно поднимаю взгляд на него.
– Просто, кажется, я была слишком глупа, чтобы понять, как ко мне относятся по-настоящему, – медленно говорю я и пинаю маленький камень в кусты, – а что важнее всего, я даже не знаю, чем заслужила такое отношение к себе, – выдыхаю я и снова опускаю голову.
– Тебе, кажется, нужно быть на третьей авеню через полчаса, я правильно понял? – спрашивает Марк.
Рада, что он не решает мусолить эту тему, допрашивая меня.
– Э-э, что? – растерянно отвечаю я, – то есть да. Может, ты знаешь номер такси? Мне нельзя опоздать на ужин с командой по практике и профессором.
– Я вызову такси, вот, – Марк протягивает мне телефон, – пиши адрес, куда тебе надо.
Через пару минут мы садимся в такси.
– Забей. Не стоит переживать по поводу человека, которого ты не волнуешь, – говорит Марк.
Я перевожу взгляд с окна на него и осознаю, что его слова немного ранили меня.
Я ничего не отвечаю и всю дорогу смотрю в окно. Я просто хочу оказаться дома, принять ванну и забыть, забыть о разговоре с Вероникой. Я не то чтобы считала её подругой, мы просто общались с начала учёбы и сблизились перед поездкой, а тут будто всё начало меняться спустя пару дней после прилёта в Нью-Йорк. Самое главное – так это то, что я даже не понимаю, почему так получилось.