Что я сделала?
– Мы приехали, – сообщает таксист, разворачиваясь к нам.
– Спасибо.
Я протягиваю купюру водителю.
– Вы уже оплатили поездку, – говорит он.
Я бросаю взгляд на Марка и протягиваю деньги ему.
– Ты чего? Нам было по пути, – он дотрагивается до моей руки, опуская её.
Он не принимает денег.
– Возьми, пожалуйста, – я оставляю купюру на сиденье и выхожу из машины.
Перед тем как закрыть дверь, останавливаюсь.
– Извини, – смотрю на небо и снова на него, – спасибо за сегодня, было приятно познакомиться.
Хлопаю дверью, и Марк выскакивает из машины, протягивая свой телефон.
– Оставь мне свой номер.
Я смотрю на телефон, как будто впервые вижу такую вещь, и не понимаю, для чего он вообще нужен
– Зачем?
– Просто так, – Марк пожимает плечами, и я неохотно записываю свой номер.
– Ещё увидимся, Эрин!
Он возвращается в машину, и я провожаю её взглядом, затем делаю глубокий вздох и захожу в ресторан.
Меня встречает официант.
– Я Эрин Ильнюс, меня ожидают, – сообщаю мужчине, и он забирает моё пальто.
Поправляю платье, когда прохожу в зал, следуя за официантом.
Подхожу к столу, и профессор оживляется.
– Здравствуй, Эрин. А где Вероника? – смеётся она.
– Добрый вечер. Вероника плохо себя чувствует и она не смогла прийти.
Как только я сажусь за стол, меня накрывает осознание того, что ужин будет долгим.
Мы обсуждали успехи за первый рабочий месяц, процесс и всё, что только можно было обсудить. В перерыве между горячим и десертом я вышла в туалет, но как только вышла оттуда, увидела балкон, куда выходят курить, и решила подышать воздухом.
Холодный ветер дунул мне в лицо и откинул волосы назад. Минусовая температура, а я стою в платье и в тонких колготках, но не могу сказать, что мне холодно. Внутри меня всё горит, а снаружи прохладно.
Телефон вдруг вибрирует, и я открываю сообщения от незнакомого номера.
«Как проходит ужин?»
«Марк?»
«Я, я, так как ужин?»
«Ужасно, то есть нормально. Вероника не пришла».
«Разве за столом можно сидеть в телефоне?»
«Я вышла на балкон для курильщиков».
«Не замёрзнешь?»
Тяжело вздыхаю.
«Мне всё равно».
«Не хочешь возвращаться в зал?»
«Это на дне моего списка желаний на этот момент».
«Что же на первом месте твоего списка?»
«Выбраться отсюда».
«И что ещё?»
«Хочу на мост».
«Бруклинский?»
«Бинго».
Ожидаю какого-то ответа от Марка на последнее сообщение, но он молчит.
Я делаю последний вздох и возвращаюсь в зал.
– Эрин, чего ты так долго? – спрашивает женщина, имя которой я так и не запомнила.
– Извините.
Выдавливаю из себя уставшую улыбку.
Телефон снова вибрирует, и я судорожно вытягиваю его из сумочки.
«Выходи, я внизу».
Я улыбаюсь и обращаюсь ко всем, сидящим за столом.
– Извините, пожалуйста, я неважно себя чувствую, я хотела бы отправиться домой.
– Ты приболела? – спрашивает профессор Лайма.
– Не знаю, может, это усталость, у меня была тяжёлая неделя, и я не выспалась сегодня, – вру я.
Все желают мне сил и хорошего отдыха. Я накидываю пальто и выбегаю на улицу.
Закрыв за собой дверь, замечаю мужской силуэт, подойдя ближе, понимаю, что это Марк.
Он облокачивается о чёрный автомобиль, и я подхожу к нему.
– Почему ты приехал? – спрашиваю я.
– Ты сказала, что не хочешь там находиться, вот я и здесь, – отвечает он.
Не знаю почему, но я рада, что он приехал.
Мы садимся в машину, и я решаюсь узнать, куда мы направляемся.
– Бруклин, – коротко отвечает он.
Я не в силах сейчас упрямиться, поэтому расслабляюсь и откидываю голову назад.
Примерно через полчаса мы останавливаемся, и Марк заглушает мотор.
– Мы на месте, – он выходит из машины, и я следую за ним.
– Что мы тут делаем?
– Ты хотела на бруклинский мост. Вот он. Надо лишь немного пройтись, – не дождавшись моей реакции, он вырывается вперёд.
Я смотрю на его спину, стоя на месте, и наблюдаю за тем, как он отдаляется от меня.
Он резко останавливается и поворачивается ко мне.
– Ты идёшь?
И я иду.
Марк.
Забавно, я теперь знаю её имя. Эрин.