Никогда прежде не красила глаза так сильно. Впервые воспользовалась подводкой для глаз и большой слой туши, придаёт моим ресницам пушистый объём. Глаза очень сильно выделяются.
Кажется я переборщила, но времени смывать этот ужас у меня нет.
Хватаю маленькую пачку влажных салфеток. Приеду на работу и смою весь свой боевой раскрас.
Если бы у меня была возможность, я бы никуда сегодня не пошла. Больше всего на свете я хотела бы оказаться в своей кровати и не думать о том, что мне предстоит сегодня встретится с человеком в котором я разочаровалась и делать вид, что ничего не произошло перед всеми работниками.
Когда я вышла из ванной, Вероника была на кухне, так что она не услышала моего ухода или того, как я с ней попрощалась и пожелала хорошего дня.
На работу я успела во время и весь день старалась не обращать внимание на Гарри.
За весь день увидела Гарри только мельком, когда он выходил на обед с Марио и Стивом. Сегодня мне было сложно сосредоточится на работе, поэтому я перерисовывала свои эскизы, хотя должна была приступить к шитью блузки.
Я не рискну прикоснуться к дорогушей ткани своими дрожащими пальцами и не соображающей головой.
Когда одевалась в гардеробе и собираюсь уже уходить с работы, мне приходит сообщение и от неожиданного звукового оповещения я теряюсь.
Медленно вытаскиваю телефон из кармана пальто, и открываю сообщение.
«Я размышлял о твоих словах весь день и ты права. Я ничего о себе не рассказываю, но я готов это исправить, если ты всё ещё хочешь что-то обо мне узнать».
«Готова тебя выслушать».
Кого я обманываю?
Я не готова сейчас вообще
существовать.
Моментально приходит ответ.
«Жду снаружи»
Засовываю телефон в карман и направляюсь к выходу.
Опознав машину Марка, стучусь в окошко водительского сиденья и Марк опускает стекло.
— Садись,— с улыбкой произносит он.
Марк хлопает по пассажирскому сиденью рядом с собой.
— Я не собака, которой можно похлопать по месту, куда ей нужно сесть,— грубо отвечаю я и Марк опускает взгляд.
Может поехать домой? Я явно не в настроении сейчас с кем-либо общаться.
— Я понимаю ты злишься, но дай мне исправить ситуацию,— просит он и я чувствую как во мне появляются два противоречивых чувства.
Одна версия меня хочет запрыгнуть в машину и ожидает супер сложную жизненную историю в которой он раскроет тайну своей замкнутости и скрытности, а я буду тронута его рассказом и сразу же растаю. Буду молить о прощении. А другая часть меня всё ещё была обижена и чувствовала непонимание.
Я сажусь в машину.
Марк пытается скрыть улыбку, но у него это не получалось. Я замечаю как облегчённо он вздыхает, когда я оказалась рядом. Как будто всё это время, что я стояла снаружи, он не дышал.
Машина тронулась и я с нетерпением ждала, когда же он начнёт говорить.
Я ждала с таким нетерпением как в ночь на Новый год, когда была маленькая. Ты ложишься спать, но всю ночь не можешь заснуть, потому что хочешь поймать тот момент, когда Дедушка Мороз проскользнёт к твоей ёлочке и оставит подарок. Однажды я поймала такой момент, но это был далеко не Дедушка Мороз. Это была мама и тогда у меня пропало желание каждый Новый год и Рождество выжидать момент, когда появится тот мужчина, который оставлял мне подарки.
— Куда мы едем?
— В самое важное место для меня во всей Америке.
Машина останавливается, и я осматриваюсь. Вокруг темно. Я прокрутилась на одном сиденье на триста шестьдесят градусов в попытках опознать хоть силуэт чего-то, но всё безуспешно.
— Ничего не видно, где мы?— спрашиваю я.
Марк заулыбался.
— Сейчас узнаешь, пойдём.
Мы выходим из машины, и Марк открывает багажник и вытаскивает оттуда корзину.
Подрываюсь с места и следую за ним, находясь в паре метров от него.
Мы находимся в лесу или в парке.
Вокруг много деревьев, кустов и у меня складывается впечатление, что мы вовсе не в Нью-Йорке. Марк сказал, что мы едем в место, которое является его любимым во всей Америке. Осмелюсь предположить, что мы за пределами города, но, судя по тому, что мы ехали полтора часа, мы не так далеко.
Я наступаю на веточку, которая с громких хрустом ломается пополам под моей ногой и я слегка подпрыгиваю от неожиданности.
Спускаемся по каменной лестнице, которая идёт с небольшим закруглением и складывается такое впечатление, что мы спускаемся в пещеру, потому что как только мы начали спускаться вниз, появились каменные стены и я почувствовала лёгкий ветерок.