Придя в башню, я собрал всех Первых.
— Я чувствую, что мне пора в столицу — все основные события будут развиваться там. Наш город готов настолько, насколько это возможно. Башня владеет силами, способными нас защитить. Думаю, вам, пока есть время, надо активно заняться обучением новых учеников. Ну, и собой… Они почти синхронно прикрыли животы руками. Мы с вами должны положить начало новому поколению магов. Основать новую школу — школу Радуги. Берегите себя и, самое главное, берегите их. Вы мне нужны. Я еще раз посмотрел на них и увидел, что звездочка в Зеленой мерцает чуть-чуть ярче остальных. Или мне показалось?
Затем я поцеловал каждую, подпоясался верным Хлыстом, взял наплечный мешок, полный «Серыми перемириями», вышел из башни и пошел на берег Океана. Выйдя на берег, я пошел в воду. Я почувствовал тепло и благодарность не только Синей, но и всего этого огромного существа. Или субстанции. Не знаю. Она расступалась, беря меня в аккуратный пузырь. В конце концов, мои ноги оторвались от дна. Вода внутри пузыря уплотнилась, и я смог комфортно устроиться, приняв позу для медитации. Мой пузырь погрузился ниже поверхности и, набирая скорость, направился в сторону столицы — я более не нуждался ни в каких кораблях. Попутно стало понятно, что, находясь внутри пузыря, я могу спокойно связаться со своими. Сначала я хотел узнать, что происходит у Хасима и у ректора, но потом подумал, что это подождет. Я мягко коснулся сознания моих Первых:
— Соберитесь в Круг. Я познакомлю вас с Океаном.
Они мгновенно прервали занятия с учениками, собрались у меня на верхнем уровне и создали Круг при участии Башни. Я захватил их объединенное сознание, смешал со своим, и мы ушли вглубь, в толщу воды. Океан благосклонно принял их и отпечатал их образы в своей памяти. Отдельно он обратил внимание на три звездочки, которые находились в центре их ментальных потоков. Он, как мне показалось, поиграл с ними. Приласкал, обдал волной тепла, а они радостно и благодарно замерцали в ответ — он принял и благословил их. И мы понеслись, купаясь в информации и ощущая себя им. Совершенно невероятное ощущения чувствовать себя огромным единым целым и каждой молекулой воды в отдельности. Через какое-то время в наш пучок влился синий язычок — пришла Синяя. Они радостно потянулись друг к другу, переплетясь и ласкаясь, потом она «осмотрела» звездочки, приласкала их и закрыла каждую маленьким синим защитным пузырьком. Кажется, в нашем мире это называется «крёстная».
Я попросил ее показать Сестрам ее нынешний мир. Мы опять посмотрели на глубоководное морское чудище и побывали им. Мы почувствовали, что несем маленькие человеческие корабли и пообщались с дельфинами. Синяя познакомила нас с душами других великих Синих, которые ушли в Океан до нее, и которым он позволил сохранить индивидуальность. Таких было немного. Мы пообщались. Мне стал интересен один древний колдун. Он был еще тогда, когда мужчины могли быть Синими колдунами. Наши сущности переплелись, и он передал мне свои знания, накопленные им за десять тысяч лет. Я стал первым, кто мог их применить, поскольку они были во многом только мужскими. Он также познакомился со звездочками и обещал, что если кто-то из них будет мальчиком, то он будет с ним заниматься. В конце концов, я почувствовал, что мы пребываем к Столице. Я никуда не торопился, и неделя прошла совершенно незаметно. Но это для нас. Для Океана и душ, обитающих в нем, время было совершенно безразлично. Все хорошее когда-то заканчивается, и я с сожалением разорвал наш контакт с башней и с моими Первыми. Правда, мне показалось, что они договорились с Крестной их звездочек, и теперь будут общаться с ней и с Океаном уже и без меня. Отлично. Молодцы. Все-таки они Великие Волшебницы.
Пузырь замедлил свое движение, и я почувствовал ногами дно. Затем вышел на берег. Огляделся и сориентировался — я находился примерно в километре от порта, недалеко от начала подъема в Голубую школу, находящуюся на горе. Я просканировал окружающее пространство. Если описать одним словом — не спокойно. Много коричневого, много черного, в порту скопище паучье-черных аур вокруг ровного серо-зеленого свечения.
Вдруг сверху, с горы прозвучал отчаянный ментальный призыв о помощи. Смотрю — какая-то фантасмагория: голубые ауры переплетаются с черными в танце смерти. Пробегусь-ка туда. Накидываю привычную белую личину и бегу наверх. По дороге достаю из сумки несколько «серых примирений» и размещаю на моей тентаклевой левой руке. Появилась одна идея. Судя по всему — сейчас ее и проверим.
Подбегаю наверх: точно — черные громят голубую школу. Так, посмотрим, о чем идет речь. Черные весьма беспечны — на улице только один, и то, явно не в охранении, а «на шухере», как говорили в моем мире. Легкое движение рукой — и он уже без головы. Сканирую пространство. Черных, вернее паучье-черных человек восемь. Не очень сильные, но для голубых хватит. Несколько из голубых уже корчатся — их захватывает коричневая чума. Понятно — «кормят» пауками. Жаль, но эти не жильцы более. Трое черных в комнате при входе. Напротив них человек восемь голубых сгрудились, и по двоим из них уже разливается страшная боль, а у остальных — аура страха.
Заглядываю в комнату. Две женщины в разорванных голубых платьях лежат на полу. Одна насквозь пришпилена к полу стилетом, у другой вскрыт живот. Один из черных достает ее внутренности и жрет их, а остальные двое явно дали пауков несчастным женщинам и внимательно смотрят, как они засовывают их в рот. У одной, у второй, у третьей начинают распространяться по ауре мерзкие коричневые пятна. Они сломались, и пауки их укусили. Веерно левой рукой мечу в оставшихся артефакты, а правая начинает свой танец смерти Хлыстом. Артефакты втыкаются в них напротив сердца и мгновенно подсоединяются, а пауки в их ртах и руках тут же сдыхают. Черные не успевают даже обернуться ко мне, и три головы отделяются от туловищ. Все происходит одновременно. Решаю пока не применять магию и слитным ударом Хлыста отделяю головы троих «порченных» Голубых — их уже не спасти. Оставшиеся смотрят то на меня, то на пятнышки крови в местах втыкания в них артефактов и абсолютно ничего не понимают. Я сомневаюсь, что они увидели хотя бы движение мох рук.
Я опять сканирую пространство: так… сверху еще пятеро черных. Двое в одной комнате, а трое в другой. Сначала туда, где двое. Они насилуют двух уже порченных голубых. Судя по реакции женщин, им уже все безразлично. Черные раздели их, поставили валетом и теперь с кайфом суют члены во все открывшиеся им дыры. Что с нижней, я не увидел, а вот у верхней анус был разорван и сильно кровоточил. Победители, блин! Сходу сшибаю им головы. Вытаскиваю меч одного их них и пригвождаю обеих женщин к полу, перебив им позвоночники. Простите, умрете не сразу. Нет времени.
Лечу в другую комнату. Это даже не комната, а зал. Две голубых отчаянно сопротивляются троим черным. Четвертый черный ими убит — у него из глаза торчит ножка стула. Вокруг голубых крутится вихрь, захвативший предметы, и эти предметы периодически вылетают во врагов. Так они этого черного и убили. Причем вихрь весьма хитрый — одинаковые потоки, раскрученные в разных направлениях. Черные пока не могут пробиться, но понятно, что это дело времени — силы неравны. Однако голубые сопротивляются отчаянно. Расстояние для хлыста слишком велико, и я мечу в них веерно пять артефактов. Черные мгновенно падают и корчатся, поскольку им выжигает мозг, а вот с голубыми чуть сложнее — созданные ими потоки столь сильны, что артефакты закручивает вместе с остальными предметами. Приходится сильно напрячься и «протолкнуть» их дальше. Вихрь мгновенно ослабевает, и они с удивлением смотрят на предметы, воткнутые в их тела. «Серые перемирия» мгновенно «всасываются», оставляя только дыры на платьях и капельки крови. Голубые стоят в шоке. Я тем временем по-деловому, подхожу к каждому черному, взрываю его голову, забираю отвалившийся артефакт и прячу его обратно в мешок. Все кончено. Черных и «порченных» Голубых просто не осталось.