Я даже не заметила, как замерла, слушая его. Радаган вел свое повествование очень странно - на его лице была усмешка. Горькая, правда, но усмешка, открывающая заостренные белоснежные резцы.
“Точь-в-точь дракон!” - мелькнуло в голове в какой-то момент.
- Наверное, именно поэтому он и не хотел женить меня по расчету, - сказал он, немного помолчав, - Чувствовал вину перед матерью.
Голос его был ровным, поэтому я подскочила, когда он вдруг резко размахнулся и швырнул стакан в стену. Он, конечно же, с грохотом разбился, оставив на стене темное пятно. Казалось, на этом он успокоился - снова сел на столешницу и даже потянулся за другим стаканом, но словно передумал и, не менее внезапно, смел его со стола вместе с графином. Следом на пол полетела дядина чернильница, подаренная ему давным-давно каким-то родственником, бумаги, да все, что было на столе.
Не могу сказать, что я сильно удивилась. Редкий раз, возвращаясь домой, он обходился без подобных сцен. Но еще никогда я не оказывалась в эпицентре этого “шторма”. Вокруг меня крушили все, а я, вместо того чтобы побыстрее сбежать, словно примерзла к креслу и смотрела на происходящее безобразие. Что-то совершенно непонятное прочно удерживало меня на месте.
Наконец его взгляд упал на меня, а с него скользнул на портрет, все еще лежащий передо мной на столе. За долю секунды я осознала, что сейчас произойдет, но реакцией удивила себя саму.
Едва он коснулся картины, как я, вскочив с места, положила свою руку на его, не давая швырнуть портрет также, как только что стопку книг, а вторую положила на крепкое плечо. Осторожно и очень мягко. Только потом я осознала, что повела себя точь-в-точь как дядя.
- Пожалуйста, не надо, - даже голос получился такой же ровный и тихий как у него, - Я понимаю тебя. Моя мать тоже умерла и почему-то мне кажется, что ее судьба тоже не была особенно счастливой. Ненавидь меня сколько пожелаешь, но оставь мне ее портрет. Гарда Сильвион каждый день смотрит на тебя со стен галереи. Пусть и моя мать наблюдает за мной из угла моей комнаты. Пожалуйста.
Невероятно, у меня даже получилось выдавить легкую улыбку. Но еще более удивительным было то, что, ощутив на себе мои руки он замер, уставившись на меня, словно забыл, чем занимался. Когда тоже самое делал дядя, Радаган непременно продолжал буйствовать ему назло, скидывая руки. А сейчас стоял и обескураженно смотрел мне в глаза, и я почувствовала, как огромная рука расслабляется, позволяя вытащить из-под нее портрет.
А потом произошло нечто уж совсем необъяснимое. Вертикальные зрачки стали стремительно расширяться, а радужки - набирать яркость, и через какое-то мгновенье на меня смотрели не янтарно-карие глаза, а ярко-оранжевые, цвета огня в камине, глаза. И они снова светились, да так ярко, что казалось, что из них валит жар.
“Вот как выглядит ненависть асса!” - пронеслась в голове паника.
Наверное, он заметил, что мой взгляд стал меняться, поэтому даже как-то смутился, а потом догадался бросить взгляд в небольшой шкафчик с зеркальной дверцей и, конечно же, увидел то же, что и я.
В ту же секунду над моей головой взметнулась рука и какой-то тяжелый предмет, пролетев через весь кабинет, разбил зеркало вдребезги. А потом рука сомкнулась на моей шее.
Я поняла, что мне пришел конец и шанса на спасение из этих огромных лап не было. Я закрыла глаза, молясь Богине перед смертью и ожидая, что пальцы вот-вот раздавят мое горло. Но прошла секунда, за ней другая, но смерть за мной не приходила. Я подняла веки и действительно чуть не рассталась с жизнью от испуга - эти чудовищные глаза были в каком-то сантиметре от моих. Но я вздрогнула, а он тут же отпрянул.
- Убирайся, - тихо сказал он, не сводя с меня глаз, а потом прибавил, уже срываясь на крик - ВОН!
Я рванула бегом из комнаты, зажав под мышкой портрет. И хотя в этом был весь Радаган - вечно бросался из крайности в крайность - но настолько сильно я его боялась впервые в жизни.
Глава 10
Зная, что от Радаган можно было ожидать все что угодно тем более после произошедшего в кабинете, я старалась попадаться ему на глаза как можно реже. Однако это у меня не получалось. Словно нарочно он появлялся в самых неожиданных местах во время моих прогулок по саду и дому. При этом он почти не разговаривал со мной и старался поскорее уйти или отослать куда-нибудь меня, но неожиданные встречи повторялись все чаще и чаще. Однако больше он свое бешенство не проявлял, и я постепенно перестала его бояться. И зря.