Выбрать главу

Но выводы, которые я мог сделать, были неутешительными. Я ей неинтересен, она меня ненавидит и будет держать дистанцию.

“А ты думал, что после вчерашнего она сразу тебя захочет?” - усмехнулся рассудок. 

Я долго бродил по парку, ненавидя все вокруг себя и пытаясь успокоиться. Мое разочарование и стыд были настолько сильными, что я не сразу осознал главное.

Да, пусть они играла, целуя меня, но что-то мне кажется очень подозрительным, что она способна настолько естественно изображать страсть. А стоны и вздохи? Нет, это была действительность. Нее понравились мои прикосновения, по крайней мере ее телу, хотела она того или нет.

Как только это до меня дошло, захотелось найти ее, схватить и целовать, пока не станет воском в моих руках. Но здравый смысл подсказывал, что нужно действовать не так прямо.

Время близилось к обеду, поэтому я вернулся домой, думая, что придется заставлять ее спускаться к обеду. По всем законам логики, Нея сейчас должна была забиться в самый дальний угол своей комнаты, закрыться на все замки и прибывать в ужасе от этого поцелуя, вернее от своей реакции. С каждой минутой, постоянно прокручивая в голове произошедшее, я все более и более убеждался в том, что стал первым мужчиной, которого она захотела. И это было самое прекрасное ощущение победы в моей жизни.

Но девчонка снова меня обошла. Когда я вошел она уже сидела за столом и глаза ее блестели, когда взгляд остановился на мне. Я улыбнулся ей в ответ вовсе не потому, что рядом сновала прислуга - это произошло машинально. Смотрел на губы, которые недавно целовал, и жар подкатывал к зрачкам. И сердцу.

- Прогулка пошла тебе на пользу, - сказал я, усаживаясь за стол. Сегодня она сидела совсем рядом. Умница, - Ты сияешь.

- Виной тому не только прогулка, - ответила она, бросив на меня ласковый взгляд, от которого по телу прошла сладкая судорога.

Я сел за стол, стараясь контролировать себя. Страшно хотелось дотронуться, но я позволил лишь погладить ее руку, как бы невзначай. Она снова тонко улыбнулась и у меня остановилось сердце. Я хочу видеть ее такой всегда.

Но прислуга вышла и все вернулось на круги своя. Передо мной сидела совершенно спокойная Нея, без намека на нежность, а вот в моей груди пылал огонь. И не только в груди. Я хотел ее прямо сейчас, на этом столе.

Я уставился в тарелку, пытаясь запретить воображению рисовать желанные картины, но не получалось. Вместо это они, наоборот, становились более яркими и красочными.

- Радаган, тебе плохо?

Я понял, что изо всех сил сжимаю в руках вилку. Прислушался к ощущениям - жара в глазах не ощутил и лишь после этого поднял взгляд. Но она что-то увидела, потому что лицо стало озадаченным. Несколько мгновений я просто моргал, а потом по телу разошлось тепло - в ее взгляде сквозила забота. Да, вперемежку с опаской, недоверием и осуждением, но она БЫЛА.

- Не знаю, - сказал я, стараясь не выдать удовлетворение.

- Тебе нужно поесть, - сказала она, - Ты очень бледный, а глаза становятся темнее с каждым часом. Может позвать Тилора?

Вспышка злобы заставила меня швырнуть на стол вилку. Я слишком часто слышу это имя от нее. Может, его чувства не так уж и безответны?

- Ну нет так нет, можно ведь просто сказать, Радаган! - воскликнула она, смягчая голос, - Просто мне… не нравится твое состояние. Что происходит?

Вот так. Хочу, чтобы она продолжала вести себя вот так, потом подошла ко мне, села на колени и поцеловала, как в парке. Прямо сейчас.

И в ту же секунду она вдруг отодвинула стул, поднялась на ноги и приблизилась. Я затаил дыхание, уже не заботясь о том, чтобы выглядеть равнодушным - никогда не отличался особенной выдержкой, и сейчас ее хватало только на то, чтобы не выглядеть идиотом. На мои колени она, конечно же, не села, зато маленькая нежная ладошка осторожно коснулась моей щеки, провела по ней и остановилась.

- Ты горишь, - сказала она обеспокоенно.

- Я всегда горячий, - я усмехнулся.

- Не настолько, - тут же ответила Нея, - Что с тобой происходит? Что ты скрываешь?

Ну вот и началось. Я надеялся выиграть больше времени.

- Ничего, Нея, - соврал я. Не знаю, о чем она думала, но во взгляде вдруг вспыхнул страх, который резанул по сердцу.