Я уже собиралась согласиться, как загипнотизированная его взглядом. Но что-что, а Макс всегда говорил: не пить с чужих рук, не соглашаться пить с незнакомцами.
— Я… я собиралась ехать домой, — медленно произнесла я, чувствуя странную грусть. Будто не сама пыталась оправдаться, а кто-то другой запрещал остаться, заставляя меня чувствовать себя виноватой.
— Ты разбиваешь мне сердце, — лениво протянул он, чуть склонив голову, и я заметила, как он снова прикусил губу, улыбнувшись уголком рта. — Я весь вечер пялился на тебя, а ты уже уходишь?
Я не сдержала ухмылку, и по телу пробежала волна приятного волнения. Он явно играл со мной, и это захватывало.
— Обещаю, тебе не будет скучно со мной, — он добавил это с таким тоном, будто был абсолютно уверен в своих словах. Он прищурился, сверля меня взглядом, а его голос звучал мягко, но с вызовом.
— Только ненадолго, — пробормотала я, едва скрывая радость, сжала под столом ткань платья, чтобы не выдать свои нервы. Пальцы сжали подол так крепко, что костяшки побелели, но он не мог этого видеть.
— Через минуту вернусь, — сказал он, поднимаясь с места и плавно направляясь к бару, будто всё это было его сценой, а он главная звезда вечера.
Я кивнула ему вслед, не отводя взгляда, пока он не растворился в толпе у бара. Затем опустила глаза на свои руки и увидела, как ногти глубоко врезались в ладони. На коже остались красные полумесяцы, словно метки моего собственного напряжения.
Чёрт возьми. Почему я так нервничаю? Почему от этого парня у меня в животе словно что-то взрывается? Мы ведь едва знакомы, почти чужие, но я чувствовала себя как ребёнок, который впервые увидел падающую звезду и не может оторвать от неё взгляд, замирая в каком-то наивном, восторженном ожидании.
Он вернулся с двумя бокалами ярко-синего напитка, в которых плавала маленькая ягода, словно заманчивый акцент. Поставил один передо мной и сел напротив, откинувшись на спинку диванчика с ленивой, уверенной ухмылкой. Глаза его скользнули по мне, словно он сразу заметил всё — от моих дрожащих рук до неловкости, с которой я смотрела на бокал.
— Синие напитки на День всех влюблённых, оригинально, правда? — сказал он, поднося бокал к губам и легко отпивая, но взгляд не сводил с меня.
Я коснулась бокала пальцами, пытаясь скрыть нервозность, и чуть пожала плечами.
— Думаю, подойдёт, — пробормотала, стараясь выглядеть увереннее.
Он усмехнулся, видимо, заметив, что я волнуюсь, и наклонился чуть ближе, сокращая между нами дистанцию.
— А ты вообще любишь эксперименты, Кэсси? — спросил тихо, так, что слова словно скользнули ко мне, как что-то запрещенное. — Или всегда держишься в рамках?
Я слегка напряглась, не ожидая такого вопроса, и встретилась с его глазами. Они блестели, как у того, кто знает что-то больше, чем говорит.
— Зависит от того, что за эксперимент, — ответила я, стараясь выглядеть непринужденно. — Иногда… можно рискнуть.
Его ухмылка стала шире, и он чуть прикусил губу, будто дразнил меня этим движением.
— Иногда? — повторил он, играя с этими словами, будто они были чем-то забавным. — Звучит скучновато. Я бы сказал, что ты можешь позволить себе немного больше риска.
Я почувствовала, как щеки начали пылать, но старалась скрыть это, отпив из бокала. Напиток оказался сладким, немного горьковатым, и внезапно на вкус показался мне слишком резким.
— Может, я просто не люблю делать глупости, — отозвалась я, стараясь не смотреть ему в глаза слишком долго. — Особенно с теми, кого не знаю.
Он хмыкнул, и это звучало почти как вызов.
— Глупости? — повторил он, его голос звучал мягко, но с ноткой дерзости. — Я бы не стал называть это так. Скорее… правильные поступки в неправильное время. Случайности, которые могут изменить твой вечер, если позволишь.
Я не могла понять, к чему он ведёт, но его уверенность была почти гипнотической, и от этого мурашки пробежали по коже.
— А ты что, здесь ради таких случайностей? — не удержалась я, стараясь звучать спокойнее, чем чувствовала себя на самом деле.
— Может быть, — протянул он, прищурив глаза. — Иногда такие случайности становятся самыми запоминающимися. Ты, например, не планировала здесь остаться, но сидишь напротив меня.
Он смотрел на меня с лёгкой улыбкой, которая словно подталкивала меня шагнуть в неизвестность. Я сделала вид, что обдумываю его слова, но внутри всё кипело от волнения.
— Ну, я всё ещё могу просто встать и уйти, — бросила я, пытаясь немного подразнить его.
— Можешь, — согласился он, не отводя взгляда, и его улыбка стала почти опасной. — Но ведь не уходишь. А я всегда ценю тех, кто решает остаться, когда есть возможность сбежать.