— А ты... ты как? — всё-таки спросила, хотя чувствовала, что мне не особо интересно. Это был вопрос больше из вежливости.
— Жив, — коротко бросил он и прошёл на кухню, сразу открывая холодильник. — Почему так мало еды? Я присылал тебе деньги.
— Ещё не сходила в магазин, — ответила я, глядя, как он хмурится.
— Скажу, чтобы привезли, — отрезал Макс и, закрыв холодильник, сел за стол, его взгляд был тяжелым, пристальным, он буквально сверлил меня глазами.
— Ты не просто так приехал, не для того чтобы рассказать про клуб, — я уже чувствовала подвох. Он появлялся редко, и всегда по серьёзному поводу.
— Считай, что я со всем разобрался, — ухмыльнулся он, и внутри всё похолодело от напряжения, сердце забилось быстрее.
— Что ты имеешь в виду? — спросила, но он не ответил сразу. Макс встал и медленно подошёл ко мне, засунув руки в карманы, словно примеряя свои слова.
— Я выяснил, чем он занимается. И знаешь, мне даже понравилось... хороший бизнес, можно развернуть. — Он почесал подбородок, будто размышлял. Меня начинало бесить, что он говорил загадками, тянул время, не отвечал прямо.
— Ты говоришь про того парня, который сжег твой клуб? — растерянно спросила.
Макс лишь ухмыльнулся, и в его улыбке было что-то хищное, неприятное. Он медленно провёл языком по зубам, как будто обдумывал, что сказать дальше, наслаждаясь моей растерянностью.
— Нет, тот мерзавец и так получил по заслугам, — его голос прозвучал тихо, но холодно, с явным оттенком удовлетворения. — Ты знаешь, про кого я говорю, — добавил он, пристально глядя мне в глаза, словно пытаясь пробить брешь в моём сопротивлении.
Я почувствовала, как внутри всё сжалось, словно кто-то сжал моё сердце ледяными пальцами. Я знала, про кого он говорил. Знала, и это имя словно молотом билось у меня в голове. Но я надеялась, что ошибаюсь, что сейчас он скажет что-то другое, что это какой-то болезненный бред, и всё закончится. Но по его лицу я понимала, что надежды нет.
— Долго за ним следил, искал, где на него надавить, и, чёрт возьми, нашёл.
— Макс, что происходит? — дрожащим голосом спросила я, уже заранее зная, что услышу что-то страшное.
— Ты выходишь замуж, — сказал он, и за одну секунду мир вокруг меня рухнул. Одной фразой он перечеркнул всё, оставив меня стоять в полной тишине, будто воздух внезапно вырвало из лёгких.
— Ч-что? — переспросила я, сомневаясь, что вообще расслышала правильно.
— Ты выйдешь замуж за этого сукиного сына, и вы будете жить как нормальная семья. Воспитывать ребёнка, как полагается, — холодно и решительно сказал он, облокотившись на спинку стула и сжав её руками, как будто удерживая себя от того, чтобы не сорваться.
Ком застрял в горле, и мне стало тяжело дышать. Вся комната словно поплыла перед глазами.
— Ты шутишь? — едва слышно произнесла, стараясь сдержать слёзы.
— Разве похоже, что я шучу? — холодно спросил, его глаза метали молнии. — Я говорил, что разберусь с этим дерьмом, и я сделал это. Ты выйдешь за него замуж.
— Нет, — резко отрезала я, не задумываясь. Слёзы предательски текли по щекам, но я знала, что не могу это принять. — Нет, Макс, ты не можешь заставить меня…
— Не могу? — он поднял бровь, усмехаясь. — Уверена? Если я захочу, ты будешь жить на улице, как грёбаная бомжиха. Поняла? — его слова были как ножи, они пронзали меня, заставляя почувствовать себя униженной и раздавленной.
— Нет, Макс… не делай этого, — почти шепотом умоляла я, потому что дышать становилось всё труднее, а его слова давили, как камень на грудь.
— Я уже говорил, ты будешь растить ребёнка с отцом, с мужем, чёрт возьми, — резко перебил он, будто не слышал моих слов. — Ты сможешь спокойно смотреть родителям в глаза, не как какая-то шлюха, которую использовали в подростковом возрасте, не как девка, которую кинули с ребёнком, а как замужняя женщина.
Я замерла. В голове всё кружилось, не верилось, что он может так спокойно произносить это вслух. Понимала, что бесполезно объяснять ему, как мне больно, как я не могу даже видеть этого человека, не говоря уже о свадьбе. Я ненавидела его всей душой, я хотела его смерти, а Макс заставляет меня думать о браке. Какой к чёрту брак?
— Макс… не брак, нет… не с ним, не ОН! — я всхлипывала, слова с трудом пробивались через ком в горле, который сдавливал, не давая дышать. Руки тряслись, и я едва могла держаться на ногах.
Макс даже не моргнул. Его лицо было жестким, словно высеченным из камня, и в глазах не было ни капли жалости.
— Я не собираюсь тратить время на эти бессмысленные разговоры, — резко отрезал Макс, голос звучал, как ледяной удар. — Это не вопрос и даже не предложение, а факт. Всё, принимай это, малышка, — он говорил с такой холодной уверенностью, что каждое слово было как пощечина. — Я не позволю Альберту расти без отца. Не в нашей семье. Ты выйдешь за него, и ты это, чёрт возьми, сделаешь! — процедил он сквозь зубы, яростно указывая на меня пальцем, как будто ввинчивал свою волю в моё сознание.