Его слова капнули на мой мозг, как кислота, вызывая мгновенный всплеск ярости. Я сжал зубы, чтобы не сорваться, и пристально посмотрел на него, пытаясь понять, кто он и зачем так провоцирует. Этот ублюдок явно не боялся загонять меня в угол, и это означало, что у него есть козыри.
Например мой груз, блять.
— Раз это не они, то начни говорить, кто, и не испытывай моё терпение, — процедил я, криво ухмыльнувшись, пытаясь скрыть накатывающую злость.
— Я знаю, что через два дня сюда должны приехать японцы за своим товаром, — сказал он, и голос его был напичкан таким самодовольством, что меня аж передернуло.
Ну, конечно, знает, гадёныш. Поэтому и прибрал их груз к рукам.
— Продолжай, — прорычал, чувствуя, как челюсть начинает ныть от напряжения.
— И знаю, что они сдерут с тебя шкуру живьем, если ты не вернёшь либо их товар, либо бабки, которые ты проебал на бирже, — добавил, и в глазах его мелькнула тень победной усмешки.
Рука сама собой скользнула к пистолету под рубашкой, готовая в любую секунду вытащить его и поставить точку в этом разговоре.
— Не советую, Рейн, — продолжал он с холодным спокойствием, будто мы обсуждали погоду, а не мою грядущую смерть. — Ты ведь не дурак и понимаешь, что груз, за который тебя прикончат, сейчас у меня. И если ты решишь меня грохнуть, то мы оба окажемся в аду через пару дней. А ведь можно просто договориться. — Он говорил весело, с ноткой превосходства, зная, что держит все карты в руках.
Я нехотя убрал руку от пистолета, чувствуя, как ярость только нарастает, но пытаясь сохранить контроль.
— Чего тебе надо? — злобно выпалил я, сквозь зубы, готовый уже сорваться и прикончить его, даже если придётся навлечь на себя весь этот японский бардак.
— О, Рейн, это уже правильный вопрос, — склонил голову, его глаза весело поблескивали, как у кота, играющего с загнанной мышью. Чёрт, так и хотелось выбить из него все зубы и заставить сожрать их обратно.
Он чуть наклонился вперёд, будто собирался поведать мне страшную тайну.
— Два условия, Рейн, — сказал, понизив голос, но от этого его слова звучали только угрожающе, как будто он говорил, что держит нож у моего горла. — Ты выполняешь их, и я отдаю тебе груз. Японцы оставят тебя в покое, и можешь дальше крутить свои делишки.
Я почувствовал, как внутри всё напряглось до предела, казалось, что японцы уже дышат мне в затылок, готовые вот-вот навалиться всем своим весом. Чёрт, я ненавидел это чувство. Он это видел и откровенно наслаждался.
— Ладно, выкладывай, — прохрипел я, сдерживая бешенство. — Что ты хочешь?
— Первое, — сказал он, продолжая пристально смотреть мне в глаза, словно пробивая меня насквозь, — мы станем партнёрами. Этот ахеренно нелегальный бизнес станет общим, и прибыль мы будем делить пополам.
С губ вырвался короткий нервный смешок.
— И зачем тебе это? — спросил я, пытаясь держаться ровно, но внутри всё кипело.
— А мне нравится твой бизнес, Рейн, — улыбнулся, чуть прищурившись. — Тебя уважают, даже японцы тебе доверяют. Ты набил себе имя и крутишь бабки с умом. А теперь их будем крутить вместе. Пятьдесят на пятьдесят, партнёрство.
Гандон. Решил, что может залезть в мой бизнес и забрать себе половину? Да я уже был готов его прикончить, но понимал, что без груза это всё равно не имеет смысла.
— Я даже твоего сраного имени не знаю, а ты летишь в напарники?! — процедил, сжав кулаки так, что костяшки побелели.
— Я Макс, — сказал он с саркастичной улыбкой, явно наслаждаясь ситуацией. — Очень приятно познакомиться, Рейн.
Я хмыкнул, не сдержав презрения. Жалкий ублюдок.
— Допустим, — сказал, с трудом проглотив злость. — Что второе?
Макс ухмыльнулся так, будто наконец-то дошёл до самого сладкого момента. Весь его вид говорил, что он ждал этой фразы.
— Второе... ты женишься на моей сестре.
От этих слов меня словно током ударило.
Ярость нахлынула с новой силой, и я вскочил со стула, уже собираясь врезать ему, но он оказался быстрее и пустил кулак мне в живот. Боль пронзила, как нож, я согнулся, хватаясь за бок, корчась и с трудом дыша. Макс спокойно поправил пиджак и сел обратно, как будто ничего не произошло.
— Не делай так больше, — сказал с холодной твердостью. — Я сломаю тебя в два счёта. Японцы хорошо меня натаскали и я тебе хара-кири сделаю на яйцах. — Он смотрел на меня сверху вниз, как на загнанного зверя, и в его глазах не было ни капли сочувствия.
Сука. Этот ублюдок явно долго за мной следил, чтобы провернуть такую схему. Ладно, партнёрство — хрен с ним, как-нибудь вытерплю. Но жениться на его какой-то там сестре? Чего, совсем ёбнулся? Это уже был перебор, даже для меня.