Сердце сбилось с ритма, я буквально забыла, как дышать!
Но альфа меня не тронул... Черный мех, как ночь, золотистый злой взгляд, убийственный оскал... Шесть футов в холке...
– О чем ты? – приблизился брат и заставил посмотреть ему в глаза.
В ворота въехал всадник. Цокот копыт по мостовой отвлек нас от диалога. В холле тут же послышались шаги остальных родственников. Знаками мне дали понять, что лучше уйти куда подальше, что собственно я и сделала. В таких случаях мне не нужно повторять дважды.
Через полчаса ко мне поднялась баронесса и небрежно сообщила, что мы все приглашены на празднование Самайна, которое состоится в последнюю ночь октября в замке лорда герцога Эйдена О’Доэрти.
– Я не пойду!
– Мериен, подобные праздники пропускать нельзя. Или ты забыла, что всех, кто не явится, их заберут души умерших в Сид?
– Это же ловушка! Там меня точно заставят выйти замуж за хозяина поместья.
Женщина поправила выбившийся из прически локон, вздохнула и уверенным с нотками воинственности тоном произнесла:
– Заставить не посмеют, но прибегнуть к ирландской традиции могут. Поэтому я дам тебе андалузского скакуна. Когда-то лошадь этой породы помогла и мне. С тех пор мы их разводим.
– Э... Что это за традиция такая, что мне понадобиться скакать верхом?
– Сватовство! Дорогая... – матушка заботливо прикоснулась к моему лбу. – С тобой все хорошо? Или ты забыла о наших обычаях?
– Я здорова! Но... Их слишком много этих самых обрядов, вот я и... запуталась, – ласково улыбнулась. – Напомни, пожалуйста.
– Перекус?
Дождавшись моего одобрительного кивка, хозяйка ухватила мою ладонь и повела вниз по лестнице.
ГЛАВА 6
Мы расположились в кухне, достали из печи репу, налили в большие деревянные кружки свежесваренного пива и принялись обсуждать мои действия на ежегодном празднике Всех Святых.
– Держись от О’Доэрти подальше, – отпивая очередной глоток, посоветовала баронесса. – И от Эйдена и от его вездесущего наглого братца Брэди.
– Угу.
– Пока будет длиться торжество, лорды не подойдут. По традиции никто не должен находиться вне праздника в ночь с тридцать первого октября на первое ноября. Поэтому в это время можешь спокойно расслабиться и наслаждаться. А вот потом... Они ринутся в атаку на твою родню. Братья с отцом «сватов» сдержат, а ты сразу беги в стойло, прыгай в седло и мчи во весь опор. Жеребец Киан дорогу знает. У кромки леса есть заброшенный ветхий дом старой знахарки, схоронишься там. Мы заранее припасем там все необходимое. Отсидишься денек-другой, женишок остынет, я весточку пришлю, что погони нет, тогда и вернешься домой.
– А если догонят?
– Кто схватит тот и жених. Ты уж постарайся!
– Я уж постараюсь... Но все может быть.
– Ты же понимаешь, Мериен, что если будущий муж догнал девку, то домой уже не вернет?
– Догадываюсь...
– И больше мы тебя не увидим. Станешь собственностью герцога по всем законам.
– Ужасная традиция... – я поморщилась. – Кстати, а откуда у тебя эти кони? Где-то слышала, что это самая быстрая порода лошадей.
– Я тоже не хотела выходить замуж за одного человека, любила твоего отца... Родители специально купили лошадь, быструю и выносливую. Сиан Локфорд тоже тогда отправился за мной в погоню… Не хотел, наверное, чтобы досталась другому.
– Догнал? – с какой-то надеждой в голосе вопросила я, когда ответ очевиден.
– Аха-ха-ха-ха, – рассмеялась баронесса, – как видишь!
– Проклятье!
– Но с третьего раза!
– М-ммм... – усмехнулась я. – А батя упертый.
– Они все такие мужики.
– Эйден уж точно настырный, – я печально вздохнула. – Он ведь специально этот пир решил организовать.
– Ему по статусу положено. Мы ему подчиняемся. Ведь Самайн — один из четырех главных календарных праздников кельтов, знаменует собой начало зимней, темной половины года. А точнее соединяет две половины года, темную и светлую, объединяет два мира — Верхний Мир людей и Сид, Иной Мир. Священные дни не входят ни в год наступающий, ни в год уходящий, это Дни Безвременья. Это праздник верховного божества, представляющего Тьму и Свет. Однако ранее мы на правах землевладельцев ежегодно проводили пир сами. Отмечали три дня до и три дня после... Итого семь дней.