Я бросаю на него взгляд. Когда он перестанет улыбаться, ничего. Наслаждайся, что так быстро смог сделать что-то. Скоро ты даже умереть быстро не сможешь. Достаю пистолет из-за пояса, стреляя в его ногу.
*Бах!*
Голова Серены метается, смотря то на меня, то на него. Сверля взглядом Терло, говорю:
— Ты что, не понял? Заткнись нахуй.
Она направляет пистолет на меня. Нет, любимая, я не тот, кого ты должна бояться. Её трясут слёзы, текут по бледным щекам. Обычно кожа девушки золотистая, но сейчас она побелела. Подхожу ближе.
— Стой, не подходи...
Пересекаю расстояние между нами. Моя рука обхватывает ствол, направляя себе в грудь.
— Стреляй.
Мой тон спокоен, я готов принять пулю от тебя. Мотая головой, она хочет убрать руку, я крепко держу её, тыкая стволом себе в грудь. Всхлипывая, она говорит:
— Я не хочу...
Мы стоим, смотря друг на друга. Слёзы текут по её лицу, смазывая тушь и прочее женское дерьмо, которое они мажут на лицо, хотя и без этого красивы. Мои люди окружают нас. Я выбиваю пистолет с её рук, крича своей охране:
— Заберите этого ублюдка.
— Нет! Вы хоть знаете, кто я?!
Да, знаем, кто ты. Ты не жилец. С криками они уносят его. Беру Серену на руки, неся к машине. Достаточно ей стресса, я поставлю вокруг неё охрану везде. Больше нельзя допускать самовольничества. Опускаю капюшон её толстовки, чтобы никто не видел её слёз. Они принадлежат мне, как и сама Серена. Крики отца Терло и мачехи Серены следуют за нами до машины. Тупая сука, я ещё разберусь с тобой, ты заплатишь за её боль.
Серена сразу засыпает, не двигаясь в моих руках, будто не живая. Мы едем до дома. Она посапывает на моём плече, тяжело вздыхаю, она всё ещё трясётся.
— Закрой окно, Луиз.
Мой шофёр слушается, закрывая окна в машине.
Мы уже в поместье. Когда я поднимаюсь наверх, кладу Серену на кровать, снимаю с неё худи, кидая на кресло. На ней чёрная футболка без рукавов, на бретельках. Она опять похудела. Отлично. Чёрт возьми. Набираю сообщение Филис, затем перестаю. Она пока спит, как проснётся, так и напишу ей. Сажусь на кресло и наблюдаю за её сном. Я вытрясу из тебя информацию, Серена, и всё узнаю. Я буду тем, к кому ты будешь возвращаться. Я никогда не брошу тебя. Ты мой приз, мой подарок.
Серена
Мои глаза распахиваются. Рико сидит в кресле, подперев рукой подбородок. Мы молча смотрим друг на друга. Он говорит первым вскидывая черную бровь.
— Ну, Серена, ничего не хочешь сказать?
В горле образуется ком.
— Я... мне жаль.
— Прекрати, я слышал весь разговор от и до. Предпочел бы услышать все с начала, а потом уже «мне жаль».
Сжимая одеяло руками, не знаю, с чего начать. Он знает, и теперь... он вздыхает.
— Расскажи, почему ты обручена с Терло? Это твое желание или его?
Немного думая, говорю:
— Мэган меня заставила.
Он кидает странный взгляд на меня.
— Когда он тебя изнасиловал?
Меня кидает в жар, опускаю глаза в пол.
— Это было на вечеринке с его друзьями. Он позвал меня на неё и подсыпал что-то в напиток. Я выпила, и потом...
Молчание застревает в моем горле, боль от того вечера снова появляется между ног. Ноздри Рико раздуваются, он злится.
— Хорошо, я понял.
Мягкое поглаживание по спине ощущается, будто в моей груди расцвели цветы. Его рука задирает мою майку, проводя пальцем по обнаженному позвоночнику вверх и вниз.
— Скажи мне, почему ты решила убить его?
Он ласкает меня. Глаза становятся стеклянными. Прикусывая губу, говорю:
— Я думала, ты бросишь меня, если узнаешь.
Не вижу его глаз, но чувствую напряжение в воздухе.
— И?
— И решила убить его. Если ты меня бросишь, я не вернусь к нему.
Его палец ложится на мою губу.
— Не кусай.
Мои щеки краснеют.
— Я никогда тебя не брошу, чтобы ты не сделала. Ты уже моя и всегда будешь моей.
Рико наваливается на меня сверху.
— Думаю, тебе стоит напомнить, чья ты.
Его губы накрывают мои в животном поцелуе. Руки снимают с меня кофту и остальную одежду, затем стягивают ее с себя. Снимая ремень, он вытаскивает член и направляет его к моему входу, водя по стенкам моего влагалища. Медленно входя в меня, он обычно так медленно не входит. Мои глаза закатываются, когда он медленно трахает меня круговыми движениями, насаживая на свой член. Его грудь касается моей, вдавливая тело в матрас. Мои ногти впиваются в ладони. Кажется, он заметил.
— Лучше царапай меня, моя кошечка.
Беря мои руки, перекладывает себе на спину, все ещё находясь внутри меня. Он занимается со мной любовью. Мои стоны и звук наших тел — все, что я слышу. Меня опять клонит в сон. Он входит ещё медленнее, не наращивая темпа. Мои ногти царапают его спину. Он рычит: