— Значит, вы просто отдали меня неизвестным людям в неизвестную семью и даже не интересовались, что со мной? Это вы называете безопасностью?
Тяжело вздыхая, его лицо становится суровым.
— Эти люди... я считал их надёжными. Они обещали спрятать тебя так, чтобы никто не мог добраться. Рон был доверенным человеком, с которым я не первый год знаком. Я доверял ему. Я не знал, что Меган будет искать тебя и ненависть поглотит её. Если бы я знал раньше...
Мой голос дрожит от эмоций и от того, как быстро они избавились от меня. Я жила с мыслью, что одна. Если бы не Рико, я не знаю, до чего бы дошла Меган.
— Вы и не интересовались, где я, даже не вспоминали обо мне. Вам было всё равно на то, что делала Меган со мной, и когда оформила мою помолвку тоже.
Напряжение витает в воздухе. Потирая переносицу, он смотрит на меня, и в его взгляде много эмоций.
— Ты ошибаешься. Я бы никогда не отказался от своей дочери. Если бы я знал... если бы я мог представить, на что она способна...
В воздухе повисла тишина.
— Я каждый день просыпался и засыпал с мыслями о тебе. Надеялся, что ты в лучшем месте и далеко от опасности.
Я не могу это принять. Всё, что узнала за последние два дня, перевернуло мою жизнь. Мои родители отказались от меня, не важно, защита это была или нет — я им не нужна была все эти годы.
— Зачем я тут? К чему весь этот разговор? Думаете, всё можно просто вернуть обратно?
Дойал встаёт и подходит ко мне. Рико подается вперед, пытаясь загородить меня.
— Нет. Ничто не сможет вернуть то, что мы потеряли все эти годы. Но я хочу исправить это, насколько это возможно. Я сделаю всё, чтобы защитить тебя.
Его взгляд опускается на мой живот.
— И твоего ребёнка.
Рико перебивает его:
— Нашего с Сереной ребенка.
Мы стоим в тишине. Дойал и Рико убивают друг друга взглядами. Эти двое не ладят — это я знаю точно.
— Своего ребёнка я защищу сам, Дойал.
Он, явно раздражённый ответом, говорит:
— Я вас не спрашивал, господин Моррети. Я имею права на это. Не забывайте, что Серена — моя дочь.
Рико скрипит зубами, вена на его шее вздувается. Я молюсь, чтобы нас прервали, пусть кто-нибудь зайдёт в комнату.
— Всё же, Дон, не забывайте, что Серена Моррети, — он подчёркивает мою фамилию, — моя жена.
— Серена — кровно моя дочь. Я думаю, вы понимаете, что я ближе.
Эти двое начинают словесную борьбу.
— Серена носит моего ребёнка. Она моя жена. Я знаю её лучше вас, несмотря на некровность, господин Дойал. Так что я знаю её лучше, чем её же кровный отец.
В воздухе витает опасность. Они сверлят друг друга взглядом.
— Р... Рико...
— Не лезь, — он посылает мне взгляд, от которого у меня мурашки по коже. Рико никогда так на меня не смотрел. Дойал тяжело вздыхает.
— Лишняя помощь всё равно не помешает...
Он не успевает договорить, когда дверь кабинета открывается и бьётся о стену. В комнату заходит женщина с чёрными волосами и зелёными глазами. Она одета в белое платье на тонких лямках, которое контрастирует с её белой кожей.
— Что за шум?
Дойал устало вздыхает, смотря на неё.
— Даймин, я говорил, что сам тебя позову...
Даймин... я осматриваю женщину и не верю, что она моя мать. Мы не похожи вообще. Даймин игнорирует его, задавая мне вопрос:
— А ты... — её голубые глаза смотрят на меня. — Серена, я полагаю?
Дойал прерывает её:
— Да.
Эти двое смотрят друг на друга.
— Моя очередь, Дойал. Ты обещал.
Он тяжело вздыхает, смотрит на Рико и указывает на дверь. Мой муж смотрит на меня, ожидая ответа. Я киваю, и он уходит вместе с Дойалом.
— Ну, расскажешь мне о себе?
Я молчу, не зная, что и сказать ей. Эта женщина пугает меня меньше, чем Дойал. Будто от Даймин исходит свет: мягкая внешность и нежный голос. Мы садимся на диван.
— Я не знаю...
Мой голос становится тише, когда её рука накрывает мою. Я расслабляюсь.
— Я слышала, что сделала Меган... Мне жаль.
Её голос ломается.
— Это не ваша вина, не вините себя. Даймин тут ни при чём. Я бы не хотела расстраивать её.
— Давай не будем об этом, — тяжело вздыхая, она пересиливает себя. — Я слышала, что ты беременна. Какой месяц?
Мои щеки краснеют.
— Шестой.
Улыбка окрашивает её губы.
— Поздравляю. Это чудесно.
Да, я немного нервничаю, как только чувствую, что роды близко. Хотя не говорила об этом с Рико — слишком стыдно признаваться, что я трусиха.
— Первого ребёнка я родила легко, так что не волнуйся.