— Любимая, я все миры положу к твоим ногам. Ты — моя мечта, моя звезда… — и это было все произнесено в одной тональности, словно заучено, потом произнес уже нормальным тоном. — Мы ужинаем у моих родителей. Они так жаждут познакомиться с долгожданной невесткой.
А я все равно злая?! Да как можно-с! Ага, еще как можно!! Отвернулась на постели, да еще и одеялом накрылась с головой, ибо нет желания с ним ни говорить, ни слушать его.
— Э-э-эм… милая моя, — немного обождав, словно все еще надеялся, что одна ведьма вдруг подскочит и от радости завизжит, присел рядом, отчего матрас чуть накренился. — Что не так?
А все не так! — хотелось крикнуть, но вместо слов вдруг появились слезы. Я решила, что буду лелеять странную обиду молча, гордо сцепив зубы… не вышло.
— Ты что… плачешь? — озадачился мой новоявленный «супруг» и отдернул край одеяла в сторону. — Твою ж… Слушай, Сирена, ну не плачь. Я же ведь ничего такого с тобой не сделал.
— Чего-чего?!!! — вот теперь и я отреагировала, подорвалась с криком. — Не сделал?! Сволочь! Маньяк! Демон безрогий!
— Э-э-э… ну вообще-то демонниды мужского пола… вообще рогами не богаты. Это у нас все больше женщины сим украшением обзаводятся, — опешил Адарион, и даже с кровати свалил.
— А-а-а!!! Вы еще и женам своим изменяете?!! Козлы похотливые! Уроды озабоченные! А ты, — у меня даже слезы высохли от такой вселенской несправедливости, — ТЫ будешь тогда единственным экземпляром с рогами! Гарантирую!!
— Это не смешно, Сирена, — наливаясь кровью глаза демона сверкнули, а сам он весь словно пружина сжался, вот-вот взорвется. — Дело не в изменах, а в особенностях… физиологии.
— Физиология?!! Ха! Похотливые, — холодно, с паузами ответила я, — озабоченные бабники!
Демон вздрогнул, выдохнул и сжал руки на груди в сердитый замок.
— Та-а-ак… Я тебе сейчас один раз скажу и больше повторять не намерен. Демоннид, тем более Высший, никогда и ни при каких обстоятельствах не станет изменять своей паре. Это первое. Ибо только та, что стала его спутницей жизни, пройдя кровный ритуал, сможет подарить ему потомство. Так какой смысл мне искать другую…
Так, я не поняла, а почему вдруг зашел разговор о его верности. Фу, я вообще-то по другому вопросу злая. И мне нужно в ванную, срочно! Как бы проскочить мимо него?
— Ты мне зубы не заговаривай. Тра… спи с кем хочешь, меня это вообще не волнует, — проорала я на полном серьезе, и поняла, что последнее высказывание было сделано зря.
— Не волнует? — зашипел мужчина, увеличиваясь вдруг в объемах. Между прочим везде увеличиваться начал, даже…мама, даже там, где не надо.
Я испуганно уставилась на его ширинку, и впала в шоковое состояние, ибо мой женский организм вдруг ожил и вспыхнул огнем, требуя чего-то неясного… Сдержала стон, прикусив нижнюю губу, и отползла вглубь кровати, старательно прикрываясь одеялом. Та сорочка, что была на мне надета, была слишком тонкой, не прикрывающей вид проснувшейся груди и желающей ласки, причем конкретного мужчины.
— Не волнует, говоррришь?! — продолжил рычать, но уже с какими-то странными, коварными нотками в интонации. — Что ж… это можно, и даже нужно исправлять.
— Не приближайся! — пискнула, едва мужчина сделал пару шагов в мою сторону.
Он остановился у края кровати, пристально, пугающе пристально глядя мне в глаза, затем вроде начал успокаиваться, закрыл глаза, возвращаясь в прежние размеры, и вздохнул.
— Так часто я еще рубашки не менял, — и одним рывком сдернул с себя белоснежную рубашку, которая до сего момента и так уже была разорвана по швам.
А я с трудом сглотнула, страстно желая провалиться от жара, что полыхнул от вида обнаженного рельефного торса, сильных, мускулистых плеч и рук, и эти чертовы кубики на прессе… Твою ж мандрагору! Тряхнула головой, рассыпавшиеся волосы укрыли мое лицо, а я только и могла, что сидеть, спрятав красные как спелые помидоры щеки и жадные глаза, которые никак не хотели смотреть в другую сторону, нежели на полуобнаженного демоннида.
— И возвращаясь к теме измен… у тебя тоже ничего не получится, — коварный, хриплый, и слишком довольный тон мне не понравился.
— Почему это? — с усилием перевела взгляд на… сундук с драгоценностями, мечтая уже оказаться за той неприметной дверцей, в которой можно охладиться под холодным душем.
— Твой организм и ты… любимая, будешь желать только меня.
— Что?! — прошептала я ошарашено и вздрогнула, когда осознала, в какую бяку попала по его вине. — Ты! Я… о нет…
— Да. Только ты и я. И никогда ни у тебя, ни у меня другого партнера не будет.