Я так и не смогла уснуть, ворочаясь до самого утра на узкой твердой лежанке и думая о своем наставнике. Что я к нему чувствовала: благодарность за спасение жизни или же нечто большее? Как бы я ни пыталась, а пока не получалось разобраться.
Щелкнув пальцами, Змей вошел в подпространство, ставшим уже привычным средством перемещения. Как всегда, здесь не было ничего, кроме белесой мглы, да чудовищ, обитающих в этом пласте реальности. Все они были хищниками, начиная от растений и заканчивая вообще ни на что не похожими тварями. Однако же эти существа никогда не нападали на ассасинов, чувствуя отпугивающую энергию специальных артефактов.
Ступая по означенной маячком полосе, Змей думал о Рии, вернее о том, какие чувства она будила в его, казалось бы, зачерствевшей с детства душе. Желание обладать, сделать своей проснулись внезапно, стоило ему увидеть ее обнаженной в купальне. Но устав строго запрещал близкие отношения между храмовниками и любые привязанности тоже были под запретом. Ассасин должен целиком и полностью принадлежать Храму, жить его идеей и, если понадобится, ради него умереть. Чувства здесь были под запретом, вот только девчонка каким-то непонятным образом сумела их вызвать. И сегодня он едва сдержался.
А все началось с жалости. С того чувства, которое он испытал впервые, заглянув в карие глаза. Надо было убить сразу, а теперь все стало еще сложнее.
С хрустом сжав кулаки, Змей чертыхнулся. Внезапно пришла мысль, что Настоятель догадывается о том, что творится в душе Змея. От Великого ничего не скроешь. Вот только почему старец медлит? Чего ждет? Пока Змей, наконец-то, оступится? Похоже, ждать Настоятелю осталось недолго. Все к тому и идет…
Змей вышел из подпространства невдалеке от крепости и вошел в Орин вместе с купеческим караваном. Стражники, поставленные сотником охранять ворота, несли службу спустя рукава. Да даже не смотря на их явную халтуру, никто бы не угадал в переодетом под торговца ассасина. Актерское мастерство и искусство маскировки были неотъемлемой частью обучения в Храме.
Проведя остаток дня с караванщиками, Змей вызнал у обитателей крепости, в какой из башен располагается библиотека. Судя по всему, именно там и находится одна из страниц Кодекса, утерянного храмовниками много лет назад.
Воин взглянул на небо, прикидывая, когда окончательно стемнеет и он сможет выполнить миссию. Как на зло время тянулось медленно, а тревога за девушку, оставшуюся в стенах Храма, все усиливалась.
Наконец пробила полночь. Змей тенью забрался в нужное окно и, слившись со стеной, осмотрел помещение. Удостоверившись, что в библиотеке никого нет, ассасин двинулся к стеллажам. но не успел пройти и нескольких шагов, как вокруг него вспыхнул магический круг!
Прорычав проклятие, мужчина вытянул вперед клинок и тут же отдернул руку. Воздух за пределами круга обжигал раскаленным железом. Змей снова выругался, понимая, что угодил в западню. И еще неизвестно, удастся ли ему из нее выбраться…
****
Страж появилась на рассвете, поставила на табурет поднос с завтраком и застыла у стены, слившись с глубокими тенями. Я поняла, что она ждет, пока я утолю голод и приведу себя в порядок.
Расправившись с едой, я туго заплела косу и, подпоясав робу, вышла вслед за девушкой из кельи. После пяти минут блуждания по темным коридорам, мы вышли-таки на свежий воздух.
Мое внимание сразу привлекла группа парней и девушек, одетых в такие же, как на мне, робы. Их движения были настолько синхронными, что складывалось впечатление о одном большом механизме, которым управлял Мастер.
Указав на него рукой, Страж удалилась. Что ж, видимо, Змей перед уходом оставил насчет меня весьма четкие распоряжения.
Постаравшись избавиться от волнения, я не спеша направилась в сторону храмовников, а заодно воспользовалась моментом, чтобы хорошо рассмотреть своего нового наставника.
Это был мужчина лет пятидесяти, но не смотря на свой явно уже немолодой возраст, его тело выглядело подтянутым и совсем неогрузневшим, а движения такими же грациозными и неуловимыми, как и у Змея. Длинные волосы мастера были заплетены в узкую тугую косу, черты лица грубыми, правую же скулу рассекал уродливый рваный шрам.
- Мастер…
Приблизившись к новому наставнику, я постаралась не пялиться на его лицо и, как положено по уставу, опустилась перед ним на одно колено. Склонила голову, ожидая, когда он позволит мне подняться.
- Подопечная Змея, я правильно понимаю? - спустя томительное мгновение, осведомился он. Его голос был глухим, но в то же время твердым. - Что ж, посмотрим, чему он успел тебя обучить и за какие-такие таланты тебя принял Настоятель.