Мое тело горело, требуя большего.
Так возбуждающе…
Моя рука легко скользнула по горячей шее Уильяма, прижимая мужчину крепче, и зарылась в его волосы.
Мало, слишком мало…
Я требовательно простонала и Уильям, словно поняв мое немое требование, сильнее сжал одной рукой мою талию, а ладонь его скользнула по моей груди. Я вцепилась в его плечи, ощущая этого мужчину единственным, что держит меня в этом мире.
Наш поцелуй стал еще более глубоким и возбуждающим, мы ласкали друг друга и, казалось, абсолютно потеряли ощущение реальности. Губы мужчины соскользнули с моих губ, и Уильям начал прокладывать дорожку влажных поцелуев по моей шее, все ниже, и ниже… Я запрокинула голову и прикусила губу, все еще стараясь сдерживать себя. Ладонями он сжал мои бедра, прижимая их к своему паху, и я отчетливо почувствовала ответное желание мужчины.
Весьма красноречивое желание…
Я притянула Уильяма к себе, снова ища его губы и целуя, как в последний раз, то лаская его языком, то нежно и легонько прикусывая за нижнюю губу.
Так странно – еще совсем недавно меня снедала ярость и всепоглощающая злость, но теперь, в объятиях Уильяма я чувствовала себя правильно. Словно я находилась в полной безопасности – здесь, и сейчас, и с этим мужчиной.
Эротичнее момента в моей жизни не было, несмотря на былой любовный опыт. Никогда ранее я не могла отрешиться от лишних мыслей, даже в самые откровенные моменты краем сознания я держала все под контролем. Во время близости с Робером я постоянно думала о том, как я выгляжу, эротичное ли у меня белье, правильное ли освещение… Сейчас же все мысли испарились, как исчез и налет цивилизованности и внешней благопристойности.
Остались лишь голые инстинкты, требующие этого сильного мужчину всего и без остатка.
Нет, так нельзя!
Короткая вспышка разума слегка отрезвила, и я заставила себя разомкнуть поцелуй, грозивший в ближайшие мгновения перерасти в нечто куда большее.
- Хватит, - задыхаясь, сказала я слабым голосом.
- Нет, - выдохнул Уильям и прижался бедрами к моему животу, и снова впился в мои распухшие губы.
Жаркий, влажный поцелуй - вдох, ладонь Уильяма ласкает мою грудь – выдох. Стон и откровенное желание… Мужчина стискивает пряди моих волос в кулак, пальцами ласкает горошины сосков, прижимает мои бедра к своим.
Вдох, выдох… Так мало!
Нет, я не выдержу больше эту пытку – сладостную и мучительную!
ГЛАВА 20
Снова поцелуй – жадный и беспощадный, терзающий душу и навевающий греховные мысли…
Я уже готова была сдаться – какой смысл бороться с самой собой? Да, здесь нет ни капли любви, но кому вообще нужна эта любовь?! Я любила Робера, но после его смерти я не запирала себя в оковах, а пыталась урвать у жестокой судьбы хоть крупицу счастья и радости. Да и я сама, не далее, как сегодня решила, что любовник мне не повредил бы. Да, я уже готова была сдаться…
Уильям покрывал мою шею влажными поцелуями, спускаясь все ниже, и пытался одновременно расшнуровать мой корсаж. Но, как и большинство мужчин, делал это весьма неумело и мне пришлось отвлечься, открыть глаза и самой взяться за шнуровку.
Мой взгляд упал на горящую свечу, стоящую рядом с грязными бокалами – свидетельстве недавнего «мальчишника» и это помогло мне прийти в себя.
О, Сестра! С кем я только что собиралась согрешить?
Руками я прижала к груди уже наполовину расшнурованный корсаж, чем озадачила распаленного мужчину.
- Что-то не так? – хриплым шепотом, от которого у меня подгибались ноги, спросил Уильям, - Может, поднимемся наверх? Там будет удобнее…
- Нет! – отрезала я и ловко выскользнула из тесных мужских объятий, - Вернее, вы поднимайтесь к себе, а я… я тоже пойду к себе.
Я снова взяла со стола оплывшую свечу, воск с которой соскальзывал на мою ладонь и обжигал. Но сейчас я была рада этой мимолетной боли – она отрезвляла. Это было кстати, тем более что на мои плечи легли ладони Уильяма, а спиной я почувствовала жар его тела.
Ну зачем? Зачем все усложнять?
- И что не так? Я думал, что мы поняли друг друга, - тихим голосом произнес Уильям, - Ты ведь тоже хочешь меня!