- Конечно. Ведь если вы поможете мне, то и я должен буду вам ответную услугу. А за спасенное здоровье эта услуга могла быть весьма значительной.
А ведь правда. Целителя из наших Уильям найдет. Побегает, но найдет, хоть никому и не доверяет. И жить у меня останется из чистой вредности. И получается, что я остаюсь с носом – тоже из вредности.
Уильям поставил передо мной чашку ароматного кофе и сел на стул, сверля меня взглядом.
- И о какой услуге вы говорите? – осторожно сказала я, взглянув на мужчину.
Уильям улыбнулся и пожал плечами, а затем взял обеими руками чашку кофе.
- О любой. В пределах разумного, конечно. Ну так что, мне искать нового целителя или вы сами попробуете мною заняться?
- Хорошо, - сказала я после нескольких мгновений раздумий, - Я постараюсь.
ГЛАВА 22
Уильям победно улыбнулся, от чего у меня свело скулы. Захотелось стереть эту наглую улыбку с его лица.
Каков нахал!
Актеришка, да по нему театр плачет. Строил из себя убогого доходягу, вызывая жалостливые слезы, а сам…
- Когда начнем? – довольно поинтересовался мужчина, с интересом наблюдающий за сменой выражений на моем лице.
Я скорчила в ответ рожицу и ответила:
- Сейчас. Снимите рубашку.
- Только рубашку? – подмигнул Уильям.
- Да, - проскрежетала я зубами, - Хотя, если с вами еще что-то не так… мужской силы, например, не хватает – можете снять и брюки.
Уильям рассмеялся и залпом допил кофе. Затем убрал грязную посуду со стола и, быстро сняв рубашку, сел на стул.
- С мужской силой все в порядке, - бросил он, - Можете приступать.
- Рада за вас, - холодно парировала я, - Бросьте свои грязные намеки, если вам нужно лечение. Если вы будете продолжать надо мной издеваться – я вряд ли смогу сосредоточиться.
Я придвинула свой стул поближе к Уильяму и жестами попросила его сесть напротив меня.
- Каюсь, - примирительно заявил мужчина, - Постараюсь сдержаться. Но вы так смешно злитесь, да и ваша показная серьезность…
Я сурово посмотрела на Уильяма и поджала губы, заставив мужчину замолчать. Уголки его губ подрагивали от еле сдерживаемой улыбки – и я не могла продолжать сердиться. Подозреваю, сейчас я до боли напоминаю мадам Эфира, нашу строгую поборницу нравственности.
Тьфу!
Я перевела взгляд на торс Уильяма и перестроила зрение, стараясь разглядеть переплетение жизненных нитей. Нитей было слишком много и через несколько минут у меня начала кружиться голова, а перед глазами замельтешили мушки.
- Никуда не уходите, - бросила я, и пошла в кладовую за нужными зельями.
Я быстро схватила «Сэлор» - для сосредоточенности и «Фрэйм» - для проявления и, выпив «Сэлор» вернулась на кухню.
- Что это? – спросил Уильям с подозрительностью в голосе, когда я открыла бутылек с зельем, намереваясь втереть его мужчине в грудь.
- Ведьминское зелье. Не отвлекайте меня, - ответила я и цыкнула на Уильяма, рука которого потянулась к зелью.
Вот ведь неугомонный!
- Вы хоть ответьте… оно хоть не на птичьих потрохах и жабьих глазах приготовлено?
Я уже собиралась было поиздеваться над Уильямом и напридумывать страшилок, но взглянув в его лицо прыснула от смеха.
- Что вы за войн такой? Всего боитесь, и верите в детские страшилки, - издевательски протянула я, - Может, вы еще и в легенду о Белой Леди верите, а? Успокойтесь, зелье на травах.
Уильям закатил глаза, а я, тихонько посмеиваясь, начала втирать зелье в его грудь и талию. Дождавшись, пока оно полностью впитается, я снова перестроила зрение и жизненные нити стали видны отчетливее.
Даже слишком отчетливо. И не только нити.
Я зажмурилась и потрясла головой, надеясь, что мне мерещится то, что я увидела. Открыв глаза, я убедилась, что зелье не подвело и показало неприглядную истину.
- Что? – напряженно спросил Уильям, с тревогой наблюдая за мной.
Я покачала головой, жестами прося дать мне время, и с трудом сдерживая рвущиеся с языка ругательства.
То, что предстало перед моими глазами, было ужасно. Изменения были не слишком заметны с первого взгляда, но они затронули все органы. Некоторые сосуды были закупорены, кровоток был нарушен. Сердце Уильяма отливало желтизной и было чуть больше нормального. Легкие были, мало того, что загрязнены из-за курения, так еще и покрыты неким подобием бахромы…
Что за ужас на нем испытывали?
Я смотрела и смотрела, подмечая изменения в печени, почках, желудке… Весь организм был задет изменениями. Весь! И вишенка на торте – неправильно сросшееся ребро.